Затишье перед штормом

"

"— А вы первым делом отрезали от меня по кусочку для приготовления какого-то мерзкого отвара… Но я вам простил. Ульвхедин хотел с моей помощью найти черную воду. Но у него ничего не вышло. Так я говорю, Ульвхедин?

— Я никогда не совершал ничего более глупого, — горько усмехнулся тот.

— А Ингрид с Даном занялись приготовлением любовного зелья, не забыв отрезать кусочек корня. Я решил не мешать им. А дитя, зачатое в ту ночь любви, взял под свою опеку. Ведь в нем была и моя «кровь».

— Ты здорово обо мне заботился, — улыбнулся Даниель.

— Да, мы с тобой многое повидали. Помнишь путешествие в Таран-гай?! Белого медведя?! И так далее… Но потом мне было плохо. Так, верно, и должно было быть.

— Я что-то не понял.

— Даниель, ты отдал меня своему сыну Сельве Несчастнорожденному. Впрочем, я не имел ничего против. Но когда ты и Сельве одевали меня на шею, я был словно мертвый. Но я знал, что скоро в роду Людей Льда появится исключительная личность. Ему-то я и хотел служить.

— Ты говоришь про Хейке, сыне Сельве, — воскликнула Винга.

— Ты служил мне так хорошо, что я так до конца и не понял, кто же из нас был слугой, а кто истинным господином.

— Зато я никогда не сомневалась в том, что ты, Хейке, был недостоин даже завязать шнурки на ботинках Руне, — ответила Винга.

— У корня мандрагоры нет башмаков, — вмешалась Суль. — Мы все прекрасно понимаем, что Руне выше любого из нас.

Руне попытался скрыть улыбку, качнув головой: — И тем не менее я мог только прислуживать!

— Можно быть слугой и господином одновременно, — серьезно подытожил Тенгель Добрый.

— Я не знаю, Руне, кто ты на самом деле — мужчина или женщина. Надеюсь, ты простишь меня, мне почему-то всегда казалось, что ты мужского рода, — продолжил разговор Хейке.

Руне не знал, что ответить.

«Надо же! Он смутился! — удивленно подумала Това. — Неужели творец забыл наделить его чувством любви и… Нет, что-то не похоже. Руне тосковал по Раю. А любовь и тоска — вещи нераздельные. Бедный мальчик!» Това вспомнила других возможных представителей мужского рода, Марко и Таргенура — Черного Ангела и недавно умершего короля. Если они были наделены половыми признаками, почему бы их ни иметь и корню мандрагоры?

Руне продолжил свое повествование, перескакивая с одного на другое:

— После Хейке я попал в руки Саги… И тогда я снова повстречал своего Господина — Люцифера!

— В Лесах Финна? — удивленно спросил Андре.

— Именно. Сегодня Саги нет с нами, да она и не знала, что Марсель, а, иначе говоря, Люцифер, беседовал со мной. Случилось это во время ночевки на берегу отдаленного лесного озера.

Великий Люцифер был рад встрече со мной. Не получая от меня известий, Господин мой боялся, что я так и остался лежать в песке у входа в Эдемский сад.