Заставлю тебя полюбить

— Не понимаю чего, Мил?

— Я не вещь и не игрушка! Я живой человек. Ты меня спросил, нужно ли мне все это, хоть кто-нибудь меня спросил? Ладно отец, но ты.

— Мил… — Саша вновь потянул к ней руки, но девушка отпрянула от него, как от прокаженного. Не нужно ее касаться. Не надо трогать. Потому что знала Мила, как действуют на нее его прикосновения и не хотела повторения."

"— Ты просто взял и привез меня сюда! Так ты считаешь, нужно девушек добиваться? Ах да, тебе ведь никогда и не приходилось, только пальцем помани и все твои.

Мила говорила и уже не пыталась сдерживать слезы, стекающие по щекам. Ей надоело, просто надоело.

— Проверить он хотел, ключи оставил, экспериментатор хренов!

— Мила…

— Выставил меня идиоткой перед знакомыми и рад, да? Показал, какой ты большой и сильный и…

Договорить Мила не успела, в одно лишь отрывистое движение, Саша схватил ее и несмотря на все попытки Милы вырваться из загребущих лап мужа, прижал девушку к себе. А она продолжала колотить его маленькими кулачками, царапать острыми коготками, ей так хотелось, чтобы ему было больно, также больно и обидно, как было ей сейчас. Она чувствовала себя брошенной и никем непонятой, от нее словно от щенка надоедливого избавились. Нагадил — вон из дома, в руки другого хозяина. А тот выдрессирует.

— Думаешь, я не понимаю, зачем ты меня сюда привез? Я все понимаю, повоспитывать решил, да? Думаешь я голову склоню и буду вокруг тебя на задних лапках скакать? Так вот не буду, слышишь, не буду. Отпусти меня, Саш, просто отпусти, пожалуйста, не получится у нас ничего с тобой, ты и сам должен это понимать. Дай мне этот чертов развод.

— Нет, — грозно прозвучало в ответ. Миле даже страшно стало от того, как изменился тон Ракитина. В голосе отчетливо слышалась сталь, от чего по телу девушки пошла мелкая дрожь. Она дернулась в попытке вырваться из крепких объятий, но попытка обернулась крахом. Саша продолжал держать ее в своих руках, прижимая ближе и не позволяя сделать даже шаг. — Ты моя жена, Мила, я никуда тебя не отпущу. Тебе придется свыкнуться с тем, что мы теперь семья.

— Ты не слышишь меня? — воскликнула девушка. — Чтобы строить семью, нужно любить друг друга, уважать, ты понимаешь это? Иначе это нездоровые отношения!

Несмотря на всю свою бедовость и взбалмошность, Милка знала, что такое семья, какой она должна быть. Изо дня в день она наблюдала за родителями, которые даже спустя долгие годы не растеряли тот огонек во взгляде, ту любовь, что искрила между ними. У Милы был пример настоящей семьи, такой, какой она должна быть. А то, что было у них с Сашей — это не семья. Это фарс и игра в одни ворота.

— Полюбишь, Мил, ты меня обязательно полюбишь.

— А ты? Как насчет тебя?

— Это же очевидно, Бэмби, стал бы я на тебе жениться, если бы не любил.