Заставлю тебя полюбить

Шаху море по колено: он же и против мира пойдет, если это заденет его интересы, но опускаться до девчонки Эмин не станет. Жасмин — не его рук дело, как я и предполагал.

Я вернулся к машине и открыл пассажирскую дверь.

Хотел убедиться, что Жасмин не сбежала. Что она ждет меня, наблюдает… возможно, ненавидит.

— Заждалась, красавица?

Я улыбнулся.

Она — нет. Видно, что ее мучали вопросы.

— Тебе смешно? — Жасмин вскинула брови, — я сижу в наручниках как преступница и жду, пока ты наболтаешься с ней! И как, приятно?

Я бросил взгляд в сторону: Шах с женой уходили прочь. Мне здесь больше делать нечего.

— Что — приятно? — я не понял.

— Болтать с той, которая усадила тебя за решетку! На пять лет!

Жасмин вспыхнула.

Моя тюрьма не давала ей покоя, и я понимал, в чем дело.

— Так бесишься, потому что не терпелось убить меня раньше? — я сощурился.

Ее губы безмолвно распахнулись — Жасмин хотела заметить, какой я ублюдок, но в последний момент передумала.

Я хлопнул дверью.

Выводить из себя — способность, данная этой девчонке от природы.

Когда я вернулся в машину, Жасмин набросилась на меня с расспросами. Она у меня любопытной была…

— Кто этот мужчина? Это ее муж?

— Да, Эмин Шах. Враг номер два.

— Я слышала о нем, просто раньше не встречала, — задумалась Жасмин, наблюдая за ними сквозь лобовое.

— Встречать Шаха нельзя, Жасмин. Тебе — нельзя. Сукин сын может отыграться, а мне уже хватает одной проблемы.

Я посмотрел на нее внимательно. Я был бы чертовски рад, если бы сегодня утром Жасмин указала на фотографию Эмина Шаха.

Завязывать войну нам не впервые… в войне за Жасмин я бы победил.

А как сложится здесь — одному Богу известно… Жасмин полюбила не того.

— Нам пора, — я утопил педаль газа.

Увидев, каким настороженным взглядом Жасмин провожает Эмина, я добавил:

— Тебе нечего бояться. Пока ты со мной, тебя никто не обидит. Ни Эмин, ни Доменико.

Жасмин дернулась… Взгляд ее потеплел. Имя этого ублюдка всколыхнуло ее сердце.

Жасмин указала на его фотографию и не солгала. Доменико я встретил впервые задолго до тюрьмы. Мне сообщили, что он хочет познакомиться со мной. Я не смог отказать известному бизнесмену в итальянских кругах.

С него начался мой путь здесь, в России. Мы шли с ним нога в ногу до тех пор, пока кое-что не произошло.

— Я звала его Доменик, — сбивает Жасмин.

— В Италии говорят: «ДомЕнико». Ударение на второй слог.

— Откуда ты знаешь?

Я затормозил на светофоре и прикоснулся к щеке Жасмин — она была бархатная, нежная.

— Расскажешь мне свои тайны, а я свои, идет?

Жасмин отвернулась, сбрасывая мою ладонь. Она выстрелила в меня лишь раз, но уже тысячу — воткнула нож в сердце. А гордо отворачиваясь, крутила им в разные стороны.

— Возможно, когда-нибудь ты порадуешь меня. Осчастливишь.

«Или полюбишь».