Застава, к бою! (СИ)

Перевернув, заметил на крышке гравировку, гласившую «КСАПО, 117 Московский погранотряд, 1981 год».

— Знаешь, Саша, — улыбнувшись, сказал мне начальник отряда Давыдов, — если ты продолжишь в том же духе, я ожидаю два исхода: или я привыкну к этому, или ты помрешь.

С этими словами он рассмеялся, легонько хлопнул меня по плечу.

— Им так просто меня не взять, — сказал я, криво ухмыльнувшись.

— Знаю, — кивнул начотряда. — Хочу сказать, также, что уже подготовил приказ о присвоении тебе сержантского звания. Я знаю, что без крови на Шамабаде не обошлось…

Начальник отряда на мгновение посмурнел. Видимо, вспомнил погибшего Антона Фрундина. Тем не менее лицо его вновь загорелось доброжелательным выражением.

— Тарану нужны младшие командиры. Он тебе место найдет. Уж я-то знаю.

— Я тоже, товарищ подполковник, — улыбнулся я.

Потом, Давыдов вдруг посерьезнел.

— Когда закончится церемония, я буду ждать тебя в своем кабинете, в штабе. Мне нужно кое-что тебе сказать. Кое-что важное, Саша. Таран знает. Это не займет много времени. Тебя подождут.

Задумавшийся о загадочных словах начотряда, я кивнул. Сделав «Кругом», проговорил строю громко и четко:

— Служу Советскому Союзу!

Глава 27

— Товарищ подполковник, младший сержант Селихов по вашему приказанию прибыл, — сказал я, когда вошел в кабинет начальника отряда.

— Очень хорошо, — кивнул Давыдов, не отрываясь от каких-то документов.

Потом он все же поднял на меня глаза, сдвинул на кончик носа тоненькие очки для чтения. Проговорил:

— Возьми себе стул и присаживайся. Надолго я тебя не задержу, но все же, чуть-чуть вашего с Тараном времени отнять мне придется. Разговор серьезный.

Ничего не сказав, я прошел вглубь не очень просторного кабинета, где у стены, отделанной декоративными деревянными панелями, стояли несколько стульев. Взяв себе один, я поставил его перед тяжелым столом начальника отряда. Потом сел, снял фуражку и пригладил волосы.

Все это время начальник отряда смотрел в како-то приказ. Смотрел так, будто даже и не замечал меня. Только когда я устроился перед ним, Давыдов снова поднял на меня взгляд.

Я знал, каким суровым мог быть взгляд Давыдова, если было нужно. Значимости ему, этому взгляду, придавали пушистые седоватые брови, нависшие над глубоко посаженными карими глазами начальника отряда. Тем не менее сейчас он смотрел по-другому: с уважением, а еще каким-то интересом. С доверием.

Я понял, что этот человек доверяет мне заочно. Видимо, он хотел от меня чего-то серьезного. Хотел сказать что-то такое, к чему, по его мнению, я не просто должен прислушаться, а последовать его словам.

Признаюсь, мне было интересно, чего от меня хочет целый подполковник. Тем не менее в своей манере я решил не делать поспешных выводов. Просто не мучать себя догадками. Просто послушать.