Заставь меня остановиться

— Ну почему же? Во-первых, я сказал чаще всего и как правило, стало быть, не все. Во-вторых, с тобой мне интересно разговаривать. Более того, я ловлю от этого определенный кайф. В противном случае, тебя бы здесь не было.

— То есть захерный подкуп просто с целью со мной побеседовать? Не брешите, Брешинда Владимировна.

— «Захер» исключительно с целью сделать тебе приятно, — уверенно бросает Лукьянов, ни на секунду не задумавшись. — Ну и, конечно же, я позвал тебя сюда не только для того, чтобы побеседовать и поесть.

— Знаешь что, лучше ври.

— Предпочитаю недоговаривать, нежели врать. Кстати, угадай, что я не люблю в женщинах? Если угадаешь, с меня выполнение любого твоего желания. В пределах разумного, конечно.

— Полагаю, все то, что есть во мне, — на мой комментарий Лукьянов усмехается в голос. И улыбается так… так… красиво.

— Желание будет выполнено, только если конкретизируешь.

— Да это легкотня. Курносый нос, одежду, подчеркивающую достоинства фигуры, мою легкость, которую ты принимаешь за легкомысленность.

— Почти. А еще веснушки и низкий рост.

— Это все тоже есть во мне.

— Да? — наигранно удивляется он, не переставая улыбаться. Как же хочется выбить ему зуб.

— Я выиграла, значит ты выполняешь мое желание, — спокойно произношу я, спустя несколько секунд. — Я хочу цветы. Точнее букет. Сегодня же. Здесь. Нечетное количество. Живые. А то еще достанешь из багажника что-нибудь похоронное. И да, не одуванчики, не цветки от картофеля и клубники. И не борщевик.

— Черт, а говорила в деревне не была, — Лукьянов по-прежнему не перестает улыбаться.

— Чтобы все это знать, достаточно иметь бабушку с дедушкой, которые имеют огород и вполне себе прекрасные условия для проживания. Пойду-ка я поляну накрывать."

"Слабачка… Первое, что приходит на ум, когда спустя несколько секунд вместо того, чтобы позвонить Марку и попросить приехать за мной вечером, дабы утереть нос Богдану, я снова подхожу к окну и слегка отодвинув занавеску, в очередной раз устремляю на него взгляд. Он мне прямо заявляет о том, что во мне есть все, что он не любит в женщинах, а я стою как дура и смотрю за тем, как он подходит к умывальнику и начинает обмывать лицо водой, а затем мыть подмышки. Подмышки, блин! Мытье в принципе не может быть красивым. Однако меня это зрелище завораживает. Есть в этом что-то такое… привлекательное, черт возьми. Мужское, что ли. Отлипаю от окна и опираюсь спиной о стену.

— Кукушка — кукушечка, ну вернись на место, пожалуйста.

Как же он, блин, прав. Я влюбилась не в чей-то образ и уж точно не в хорошего мальчика, а вот в такого, вечно поддевающего меня во всем, мужика. Возможно, реально в чем-то ненавидящего меня. Циничного, практичного и ни капельки не романтичного.

* * *— Я покорен, Аня.