Заставь меня простить

— Серж… Ты же понимаешь, что я не могу по-другому?

— Ты вечно не можешь по-другому. Раздуваешь проблему из ничего.

Поняла, что говорить с ним бесполезно. Он меня не слышит и не услышит. Я приняла решение и не отступлю от него. Сдам анализы ДНК. Узнаю результаты, и потом буду принимать решения. Не то, чтобы я сомневалась в Татьяне, но мало ли. Я должна перепроверить, должна быть на сто процентов уверенной в том, что я его сестра.

Самое трудное — достать образец его ДНК. Благо, в этом мне помогла горничная, работающая в его доме. И вот сейчас я сидела, изучала результаты. Сомнений не осталось — он мой брат. Я не плакала, просто молча смотрела и планировала свой побег. Все эти дни я ходила к нему в больницу, навещать сына. Держалась отстранённо, но Денис и сам не подходил ко мне. Все его мысли были заняты сыном. Валю встречала пару раз за всё время, да и то она в палату к Дане не заходила. То ли Денис ей запретил, то ли ей самой было наплевать…

— Как он? — я пришла в последний раз, пришла посмотреть и мысленно проститься. Запомнить его образ, внешность, вдохнуть запах, чтобы навеки запечатлеть его в памяти. Знаю, что он будет считать меня предательницей, стервой, сукой, которая поматросила и бросила, но говорить ему обо всём, рассказывать и ударять ещё больше, особенно сейчас, когда Даня в коме… я не могла.

Да, можно было рассказать потом, когда его сын пойдёт на поправку, но где гарантия, что он не скажет: «Мне плевать!». Я не хочу. Я сама считаю также. Я бы жила дальше с ним, мы были бы вместе, взяли бы малыша из приюта, уехав в другой город. Всё было бы реально, но его сын. Мы не сможем просто забрать его с собой, лишив родной мамы, бабушки и дедушки. Я была уверена, что окружающие не поймут, да и стояло ли обрекать ребёнка на постоянный стёб? Определённо, нет.

— Всё также. Стабильно, без изменений, — я видела, как гаснет его взгляд. Как из весёлого и жизнерадостного парня он превращается в тень, но… я была не в силах что-то сделать. Ни я, ни Татьяна, ни отец. Никто. Его спасёт только Даня, когда выздоровеет. Не если, а когда. Я была уверена, что всё будет хорошо. Изучила историю, просмотрела заключения. Даня поправиться, обязательно. Всё будет хорошо.

— Прости, что я всё время здесь. Я не могу пока по-другому. Всё время жду, когда он очнётся.

— Всё нормально, Денис.

— Иди ко мне, — сердце ускоренно забилось в груди, но я осталась стоять на месте.

— Нет, Денис. Не сегодня.

— Я соскучился, снежинка.

Зря я пришла. Очень зря. Не стоило. Это его «снежинка». Я умираю, когда он меня так называет. Не знала, что сказать, но спустя пару минут слова были и не нужны. Даня пришёл в себя, заплакал, а Денис резко вскочил к нему.

— Я позову врачей, — вышла, сказала сестре, что ребёнок пришёл в себя. Все засуетились, а я поспешила на выход.