Заставь меня простить

Рассказала, как влюбилась в Дениса, как пыталась противостоять этим чувствам, как отталкивала, о том, как врали друг другу о ненависти. Как любили, страдали, как я ревела всё это время вдали, плакала тихо в подушку, понимая, что он не мой.

Пожалуй, все подробности знает только Серж… а сейчас я освобождалась, всё говорила и говорила, сбиваясь и запинаясь, но неизменно продолжая дальше. Закончила своим приездом и тем, что больше не намерена мириться, не хочу ждать. Денис любит меня, а я его. Какое ожидание? Во всём этом была неправа не я, а Валя, моя соперница.

Закончив свой рассказ, тихо выдохнула и уставилась на отца. Не так уж это и сложно, оказывается. Папа просто смотрел на меня и молчал. Я теряла терпение в этом неведении.

— Ты правильно поступила, дочка, когда уехала. Ты должна была дать вам обеим шанс, но… у вас не получается друг без друга. Помоги Денису. Поддержи его. Пусть разводиться со своей женой. Не пара она ему, да и никогда не была. Будь с ним, Вита. Будь рядом.

Я просияла. Услышать это от отца… невероятно.

Медленно подошла к нему и обняла.

— Я люблю тебя, папа, — тихо прошептала ему на ушко.

— Если бы знал, что для этих слов нужно всего лишь поддержать тебя с Денисом, давно бы это сделал.

И тут меня осенило. Я никогда не говорила отцу о любви. Он мне говорил… всегда, а я… я не говорила. Стало как-то стыдно, ведь он столько сделал, а я… в общем, почувствовала, как щёки стали красными.

— Прости, пап. Я, правда, тебя люблю.

— И я тебя, Вита. За счастье нужно бороться.

— За чьё счастье тут надо бороться? — услышали мы громкий и уверенный женский голос, прежде, чем лицезреть саму его обладательницу.

— Татьяна? — слишком удивлённо произнёс папа.

— Я, Дима, я. Денис передал мне твою просьбу и… давай, наконец, будем нормально общаться.

Я стояла и молча смотрела на этих двоих, не понимая, что за чёрная кошка между ними пробежала, что они, оказывается, не общались.

Переводила взгляд то на Татьяну, то на папу. Оба молча стояли и сверлили друг друга взглядами. Видимо, Татьяне это надоело, и она молча двинулась к моему отцу. Приблизившись, она крепко обняла его.

— Прости меня, Дим. Я поступила глупо, что оборвала связи, — тихо произнесла Татьяна, но я отчетливо услышала её слова.

— Всё нормально, Танюш. Тебе нужно было время, я понимаю. Как ты?

— А ты не видишь? — она положила руки на слегка округлившийся животик и только тут я увидела, что она беременна. На вскидку — месяцев пять.

— О, поздравляю, — папа был удивлён. — Вы времени не теряете.

— Не теряем, — подтвердила Татьяна. — Уже шестой месяц пошёл. Я так рада, Дим. Ты же знаешь, что мы с тобой долго пытались.

— Знаю, Танюш и я рад за тебя.