Сломанная защита

Безумие, но в этот момент меня все в нем устраивает, даже вредная привычка.

— Ты понимаешь, что мне тебя нельзя? — вопреки сказанному, он улыбается будто от восторга, между тем гладит мои плечи, словно не может насытиться прикосновениями. Я невольно перенимаю его настроение и тоже улыбаюсь, все еще не понимая, к чему он ведет. — Вообще нельзя, — он смотрит мне в глаза, гипнотизируя, и добавляет, словно обращаясь к самому себе: — Да, мне конец, — все с той же улыбкой. На мгновение он сводит брови вместе, и это второй раз в жизни, когда он позволяет себе выглядеть уязвимо, а я окончательно теряю от него рассудок.

— Нельзя, — отвечаю, горячо дыша. — Тебе, конечно, следует остановиться, — послушно отрываю руки от его плеч и опускаю вниз.

— Да, следует, — и снова кидается на мои губы. Трогает мои ладони, стискивает запястья, поднимает их, показывая, как нужно его обнимать — за шею и крепко.

— На тебе не должно быть сейчас прослушки, — шепчет мне на ухо с улыбкой.

— Ты поэтому решил встретиться в бассейне?

— Четверг, ага. Лидия, я хочу помочь, но при одном условии.

— Каком же?

— Полное абсолютное доверие. Это сложно, я знаю. Ты, возможно, уже успела меня возненавидеть. Но я действительно хочу помочь.

— Почему?

Что-то там наверху хлопает, возможно, дверь. Мы оба вздрагиваем.

Под лестницей есть закуток, ступеньки смыкаются неплотно и при желании нас можно будет легко увидеть, но Андрей ведет меня туда, и я иду."

"В его глазах плещется дикость. Это больше, чем желание, это где-то на границе с отчаянием. Так не было раньше, в гостинице он хотел, но не сгорал заживо. А сейчас горит, я вижу это.

— Мне нужно подумать, — отвечаю, слегка паникуя.

— Да-да, я подожду. Думай, — и снова поцелуи, за которыми мы напрочь забываем, о чем говорили.

Его ласки рваные, неудобные и одновременно щедрые.

Я прижимаюсь к нему, полностью отпустив ситуацию. Мы жадно целуемся, пока его руки распахивают мой халат и мечутся по телу. Я же глажу его шею, волосы на затылке, как было показано.

Мои стоны тихие, я не собираюсь привлекать внимание, но и сдерживать их нет никакой возможности, когда его пальцы под халатом сжимают мои ягодицы. Я тут же прогибаюсь в пояснице, удобнее подавая себя. Он же, ощупывая меня, словно дуреет, не может сдержать тихое глухое «м-м-м» и снова впивается в губы.

Наверное, он хотел целоваться. Возможно, думал об этом. Он не может отказать себе в удовольствии.

Дальше мы сбрасываем остатки здравого смысла в бездонную пропасть.

Я быстро развязываю его пояс и кладу ладони на его грудь. Мне нравится его тело, я хочу его трогать. А еще целовать, облизывать — но это позже. Сейчас я буду трогать.

Сильно надавливаю растопыренными пальцами и веду вниз, исследую плоский заметно напрягшийся живот до пупка и ниже.