Защита

Вереница охвативших меня мыслей вдруг уперлась в один смутный вопрос – в то, что подсознательно не давало мне покоя с того самого момента, как я прочел про это дело в газете. Волчека судили за одно-единственное убийство, убийство Марио Геральдо. Волчек стоял во главе огромной, ворочающей многими миллионами преступной организации. Если Бенни попался во время заказухи с поличным, то почему не заключил сделку получше? Почему не вывалил ФБР абсолютно все, что знал об организации Волчека как таковой, вместо одной несчастной мокрухи? Пошел бы себе по программе защиты свидетелей, жил бы втихаря на свободе, вместо того чтобы мотать серьезный срок, когда все закончится…

– Понимаете, проблема с Малюткой-Бенни в том, что эта версия несколько слабовата – если он подставляет вас из-за того, что он просто стукач, то почему же такой копеечный стук? Про убийство сказал, а про прочие ваши делишки – нет? Это придает ему определенный вес как свидетелю. А ведь мог и рассказать, как думаете? – спросил я."

"Волчек с Артурасом оба хранили молчание. Я принял это молчание за «да».

– Его ведь вроде уже осудили? Я читал в «Таймс», что некий анонимный свидетель по предстоящему процессу русской мафии отбывает срок. Все, кто это прочел, наверняка поняли, что речь про вас. Сколько ему дали? Десятку?

– Двенадцать, – сказал Артурас.

– Так что же помешало ему вломить вас по полной? Все это ни в какие ворота не лезет. Почему он не сдал вас с потрохами и не вышел на свободу с новыми документами стараниями ФБР?

Волчек сплюнул на пол, и хотя лицо его было направлено на меня, глаза метнулись в сторону Артураса.

– Наверное, Малютка-Бенни сохранил какие-то остатки преданности старым друзьям… – Его холодный, жестокий взгляд вернулся на меня. – Но это не важно. Не думаю, что у вас получится выиграть дело, мистер Флинн. Но можете попытаться. Я разрешаю. Хотя завтра мы все равно приделаем эту бомбу под стул, как Артурас и планировал, – сказал Волчек.

И когда он произносил имя своего подручного, я опять увидел у него в глазах какое-то темное, кровожадное желание, словно и уже совершенные убийства, и те, что еще только предстояли, являлись для Волчека лишь источником садистского удовольствия. Этот человек возглавлял огромную организацию – и все же не погнушался лично пытать Джека и его сестру. Артурас был весь на делах, бизнес есть бизнес, в то время как Волчек вовсю наслаждался мокрой работой.

Все эти его разглагольствования про криминальное братство, преданность и доверие ничуть не отменяли того факта, что, когда его человека поймали, тот указал пальцем прямиком на своего босса, pakhana, на того самого человека, который вручил ему половинку рублевой банкноты – tselkovy, от всего своего «целого» сердца.