Хроники Зареченска. Дилогия (СИ)

Около входа в подъезд оказалось, что хашш лишь двое. Внимательно осмотрев охотников, Бер сообразил, кого не хватает.

«Где Пшик?» – задал Александр ближайшему охотнику вопрос и подумал, что пора гноллам дать имена, а то их собственные, изобилующие шипящими и щелкающими звуками, мало того что никто запомнить не в состоянии, так еще и язык сломать можно.

«В этом большом доме, Великий», – ответил хашш.

Бер еле сдержался, чтобы не наорать на гнолла, вместо этого попытался найти Пшика внутренним зрением. Тот оказался недалеко, на первом этаже, в одной из квартир. Недолго думая Александр вошел в подъезд. Махно и гноллы последовали за ним.

«Пшик? Ты почему здесь? Без моего приказа?» – сформулировал мысль Александр и придал ей нужный оттенок гнева.

Первое, что бросилось в глаза, это гнолл, ползающий на четвереньках и, словно собака, нюхающий пол. Охотничий жилет серочерного цвета немного провис на животе, почти доставая объемными карманами, набитыми всякой всячиной, до грязного, вздувшегося линолеума. Когда Александр подбирал на складе жилеты для необычных членов клана, он не только руководствовался желанием отличить своих гноллов от чужих, но также задумался над проблемой идентификации хашш людьми, не входящими в клан. Поэтому по его просьбе быстро сварганили трафарет и в двух местах на ткани жилета – на левой стороне груди и на правой лопатке – белой краской изобразили шантарха в половину человеческой ладони величиной.

На самом деле за основу взяли земного велоцераптора из книги в библиотеке клана, но, учитывая малый размер картинки, разницу мог заметить лишь специалист. Таких в общине было аж одна штука – профессор Гофман. Но его мнения по такому пустяку никто не спрашивал и спрашивать не собирался.

Знак шантарха произвел на аборигенов огромное впечатление. Впоследствии выяснилось – различные знаки рисовали себе на поясах только хашш из личной охраны наказующих и надзирающих прайда и шхасы. А тут такое доверие. По понятиям гноллов, происшедшее с ними можно описать выражением «из грязи в князи».

В голове Александра промелькнула мысль: «А не придумать ли клану герб, тотем или нечто подобное? Да и флаг заодно сварганить?..» Однако не додумал, откинул посторонние размышления и сосредоточился на происходящем.

Пшик заметил главу клана, вскочил и начал нервно шипеть посвоему и жестикулировать, забыв про мысленную речь. Таким взволнованным Александр Пшика еще никогда не видел.

«Успокойся и расскажи, что ты нашел. Я тебя не понимаю, когда ты перед носом лапами машешь», – попытался достучаться до взбудораженного аборигена Бер.

«Надо уходить, Великий, – продолжал нервничать Пшик. – Мы почуяли запах ишхидов. Так далеко от своих деревьев малым числом они не ходят».