Его любимая зараза (СИ)

Вот никогда не терпела подобное обращение, а тут прям рефлекс сыграл! Там при ритуале магического удочерения никакие дополнительные функции не появились, не? Мне как будто местный филиал ЗАГСа новую прошивку установил!

— Тьфу ты, — плюнув вслух на такой беспредел, я принялась расстегивать одежду, попутно направляясь в сторону собственной ванной. По сторонам особо не глядела, но и без этого успела заметить некоторые мелочи, указывающие на то, что меня тут явно ждали. Десятки зажженных свечей в канделябрах, приветливо потрескивающий огонь в камине, поднос с едой на столике у кровати… И даже кружевная ночнушка, заботливо оставленная в ванной, растянутая на каком-то подобии манекена, правда, без головы.

Хм, надеюсь, это не намёк?

Вода, кстати, тоже оказалась набранной, и, стоило ее только коснуться, как она моментально нагрелась до нужной температуры.

Такая забота, если честно, пробивала на слёзы. Не шучу!

Саас и раньше, в змеиной шкуре, оберегал меня, как мог. Но теперь… теперь мы будто действительно стали семьёй. Хотя еще недавно его человеческий облик казался мне каким-то чужеродным. И сейчас мне даже было наплевать, что он на меня рявкнул. Я прекрасно понимала — это не тиранские замашки. Он просто за меня волновался.

А разговор обо всём произошедшем обязательно будет, но только позже, когда все эмоции улягутся.

Кстати, в своих наблюдениях я не ошиблась. Отчасти!

Дело в том, что Сааразас действительно зашел ко мне… вот только я, к тому времени, накупавшись в ванной, уже сладко сопела обеими ноздрями в гору мягких пуховых подушек. И присутствие мужчины скорее почувствовала сквозь сон, чем ощутила на самом деле.

Шаги его были почти не слышны, но вот как мои плечи закутали в теплое одеяло, я заметила вполне отчетливо. Как и отеческий поцелуй в висок…

Как же давно я не улыбалась во сне?

И как давно я чувствовала ту самую невероятную магию перемещений из детства, когда засыпаешь в одном месте, а просыпаешься в другом?

Вроде вот соплю в одну подушку, ничего не меняется, а потом раз! И запах от постельного белья уже совершенно иной, такой неуловимо-родной и знакомый…

Осознание, где я нахожусь, пришло ко мне даже раньше, чем я сумела разлепить глаза. Я ни капельки не выспалась, но желание увидеть своего вредного лиса было сильнее. И когда с трудом села, потирая лицо ладонями, знакомой готичной обстановке я уже ничуть не удивилась. Только фыркнула едва слышно:

— У нас это называют похищением человека.

Спокойный ответ послышался из почти позабытого угла с креслом, ранее всегда сокрытом во мраке:

— Ты не поверишь, родная, но у нас тоже.

— И какое же наказание следует за этим? — полюбопытствовала, откидывая одеяло, и становясь голыми пятками на привычно холодный мраморный пол.