Зараза

Все валим-валим отсюда!

Я оглянулся, оценивая ситуацию и понял, что грузовика уже нет, дорога свободна и метрах в пятидесяти к нам движутся мародеры. Им осталось перебежать перекресток, и уже не факт, что я успею свалить, даже с поправкой на местную точность.

Первым шел здоровяк с мачете, очков уже не было, а вместо берета на нем красовалась повязка из бинтов, окрашенная в красный цвет. Ну прям «Рембо», только чернокожий. Он прокричал какие-то команды, и все остановились, начали потихоньку сдавать назад, целясь уже не в меня, а по углам перекрестка.

И начали палить, когда с обеих сторон выскочила толпа мертвяков. Словно черная река с обеих сторон потянулся поток зомби, разделяя меня и мародеров. Спасибо, парни! И одним, что палят, отвлекая тварей от меня, и вторым, что наконец-то заглянули на огонек.

Не знаю, зачем я это сделал, может, адреналин, а может, нервы, но, глядя на «рембо», я поднес ко лбу два пальца и вскинул руку, как бы прощаясь. А потом дал по газам.

Не стал досматривать до конца его ответ, взмах в мою сторону и мачете проведенное по горлу — жест понятный на любом языке.

* * *Гостевой дом «Панголин». Западный район Фритауна. 17 марта 21:50

Прям как колобок: и от дедушки ушел, и от бабушки ушел. Недалеко правда. Мопед добавил скорости передвижения, но проблем только прибавилось. Шум привлекал не только зомби, но и выживших с неясными намерениями. Меня дважды обстреляли, и если первый раз спасло расстояние и криворукость стрелков, то второй раз выручил броник. Опять начало тошнить, уже не знаю, от усталости или очередные последствия сотрясения, управлять мопедом становилось все сложнее. Незнакомые кривые улочки, налепленные, как соты, домишки, всюду трупы, мусор, брошенные, а чаще сгоревшие машины — прямой путь уже не реально было найти.

Промучавшись несколько кварталов, я, наконец, спешился. Убедился, что нет свидетелей, и завез мопед в узкий проулок, где завалил его мусором и пустыми картонными коробками. Дальше пошел пешком, и практически сразу увидел вывеску, обещавшую ночлег.

Гостевой дом «Панголин» по сравнению с соседями выглядел свежим. Отгородился невысоким каменным забором и несколькими пальмами. Стены выкрашены в желтый свет, и судя по пустым банкам с краской у забора и хлипкими бамбуковыми лесам вдоль одной из стен, ремонт только-только закончили. У входа терраса с белой декоративной калиткой, белые оконные рамы, белые гаражные ворота и решетки на каждом окне.

Помню, в школе учил стихотворение, «бла-бла-бла, сотри случайные черты, и ты увидишь мир прекрасен». Вроде бы Александр Блок, хотя сейчас я был уже ни в чем не уверен. Случайные черты я сейчас задолбался бы убирать — шесть мертвых тел на дорожке от ворот до калитки, еще трое на террасе — у всех раскроенные черепа.