Запутанная игра

Он поднимает мое лицо, хочет встретиться со мной своими теплыми, ясными глазами. Когда он наклоняется, чтобы поцеловать меня, я встречаю его на полпути, наслаждаясь мягкостью этого жеста после всего, что произошло сегодня вечером.

– Ты молодец, красавица, – шепчет он мне в губы. – Все получилось как нельзя круче.

На следующее утро я просыпаюсь, чувствуя обнимающую меня руку Рэнсома на талии, его тело прижимается ко мне. Ощущения теплые, но слегка туманные, и я, глубоко дыша, погружаюсь в комфортное состояние между сном и явью, позволяя глазам оставаться закрытыми.

Мозг включается только спустя несколько минут, и я моргаю. События прошлой ночи всплывают в памяти и воспроизводятся яркими кадрами со всеми прилагающимися звуками. Щеки тут же вспыхивают от воспоминаний.

Еда, поддразнивания, разговоры о татуировках. А затем… все остальное.

Это кажется сном. Чем-то, что случилось не со мной. Но все это делала я. Голова жутко гудит от выпитого алкоголя и недостатка воды, грудь побаливает в том месте, где Мэлис сделал мне татуировку. Но болит не только это место.

Я потягиваюсь в постели, и киска слегка ноет, припухшая и чувствительная от вчерашних ласк. Я чуть ерзаю и шиплю от боли, тело протестует. Звук тихий, но его достаточно, чтобы побеспокоить моего вчерашнего партнера. Он зевает и потягивается, и когда его рука убирается с моей талии, я чувствую легкий укол разочарования. Мне уже не хватает его прикосновений.

Рэнсом переворачивает меня на спину, приподнимается на локте и смотрит на меня. Он всегда такой красивый, с растрепанными после сна волосами и отметинами на щеке от подушки. В уголках его губ уже притаилась улыбка.

– Ты в порядке? – спрашивает он, оглядывая меня с ног до головы.

– Да. Просто немного побаливает от… ну, ты понимаешь.

Его улыбка становится шире, и он опускает руку, просовывая ее под мою безразмерную футболку, а после обхватывая ладонью лобок. Рэнсом нежно массирует его, поглаживая с внешней стороны, в то время как его средний палец скользит между моими складочками и с легкостью находит клитор.

Он не пытается меня возбудить, но ощущение его руки, скользящей по мне, заставляет тело немедленно отреагировать, влагалище становится влажным, а соски твердеют.

Я делаю глубокий вдох, позволяя ощущениям захлестнуть меня, и это действительно немного облегчает боль, пусть она все еще там.

– Так лучше? – спрашивает он.

– Немного. Наверное, это займет какое-то время. Это было… – Я краснею и отвожу от него взгляд. – Это был первый раз, когда я делала что-то подобное.

Рэнсом усмехается, слегка наклоняя голову и касаясь носом моего виска.

– Хочешь честно? Я бы никогда даже не догадался, если бы не знал заранее.