Она под запретом (СИ)

Настолько, чтобы самой обратиться к Арсению.

— Валерий Аркадьевич сказал, что террасу к концу месяца доделают. Вам немного осталось там, да?

Арсений поворачивается ко мне, и я на секунду жалею, что в этот момент решила натереть живот маслом. Но сожаление мгновенно проходит, потому что его взгляд остаётся таким же незаинтересованным и равнодушным.

— К концу следующей недели всё завершим.

Через минуту его окликает отчим, Арсений встаёт и уходит. Не знаю почему, но в этот момент я ощущаю острое разочарование.

— Ой, уже вечер, а солнце жарит как в Африке, — обмахиваясь рукой, Луиза встаёт и начинает поправлять плавки на ягодицах. — Я плавать. Не хочешь, Аин?

Я мотаю головой, потому что уже трижды окуналась в воду и отлично себя чувствую, лёжа в тени зонта.

— И ты тоже, конечно, не пойдёшь, — ворчит Луиза, глядя на Данила, который уже минуты три как разговаривает по телефону, обсуждая какое-то чрезвычайное происшествие у себя в цеху.

Он указывает пальцем на трубку, и сестра, картинно вздохнув, идёт в бассейн одна.

Я снова надеваю наушники, чтобы Данил имел возможность спокойно договорить, и закрываю глаза. Почему-то мне начинает казаться, что их ссора с Луизой не до конца исчерпала себя, хотя в пользу этого подозрения нет ни единого факта: они разговаривают как обычно, смеются и шутят. Возможно, это из-за того, что любая сегодняшняя попытка Луизы войти в тактильный контакт с Данилом встречала вежливое уклонение с его стороны. Мне вдруг вспоминаются слова Веры, что сестры бывает много, а Данил не тот, кем можно понукать. Вдруг дело в этом? Луиза действительно любит, чтобы всё шло по её, а Даня от этого устал.

После третьей песни я открываю глаза и решаю оглядеться. Луиза, навалившись локтями на бортики бассейна, о чём-то переговаривается с Инессой, явно заскучавшей из-за отсутствия Арсения, которого до сих пор нет поблизости. Уже второй час он проводит, разговаривая с отчимом и Ладыгиным в беседке. Хочу незаметно посмотреть, чем занят Данил, и вспыхиваю от смущения, потому что, едва повернув голову, натыкаюсь на его взгляд. Солнцезащитные очки подняты на лоб, а взлохмаченные от влаги волосы придают ему почти хулиганский вид.

— Как дела, Аин? — тон, которым он это спрашивает, и внимательный прищур делают этот простой вопрос значимым.

— У меня всё хорошо. А у тебя? — я указываю глазами на телефон, лежащий рядом с его бедром. — Проблема на работе разрешилась?

— Одна — да. Но обязательно появятся ещё.

Нас разделяет целый шезлонг, Данил говорит это без сожаления, поэтому я позволяю себе шутливо поиграть бровями.

— Тяжело быть преуспевающим бизнесменом, да?

— Непросто, — согласно кивает он. — Давно не виделись. Ты всё хорошеешь.