Запретный остров

Заканчивая свою мысль, паук сделал неловкий шаг вперед, а затем остановился и сосредоточенно покопался в воспоминаниях, чтобы свериться: ничего ли он важного не забыл.

Убедившись в собственной компетентности, монстр с завидной резвостью сорвался с места и, выбрасывая из-под стекловидных конечностей плодородную черную землю, устремился в выбранном направлении. Миновав за кротчайшие сроки внушительное расстояние, он, не снижая скорости, удачно войдя в поворот, направился в северную сторону острова.

Ни одно живущее на планете и перемещающееся по земле существо не способно выполнять столь резкие маневры на такой внушительной скорости: когда все краски и очертания, находящихся вокруг объектов, сливаются в однородную бесформенную массу.

Опасней этого творения — придумать просто невозможно. Так зачем же природе понадобилось создавать сие чудо?..

Кусты и невысокие молодые деревца, попадающиеся монстру на пути его следования, были им нещадно уничтожены, но только те, которые он ни при каких обстоятельствах не мог обогнуть. Паук чувствовал боль погубленной им флоры. Растения страдают, так же как и все живое на земле. Но он ничего не мог с этим поделать. Временами, случайные жертвы становятся неизбежными.

«Вы, жалкие людишки, уничтожили мой идеальный мир, — время от времени паук в своем мозгу прокручивал болезненную мысль и, как угорелый, несся навстречу своей цели. — А я, в свою очередь, уничтожу вас. Но даже самая мучительная казнь не окупит тех потерь, которые вы мне причинили».

Отныне паук будет мстить людям на протяжении тысячи лет или всей жизни, если проживет дольше. Любой человек, который когда-либо посетит остров Дайменд клавс, останется здесь навечно. Его гниющая плоть послужит удобрением для растений. А альфа-паук больше никогда не заведет новое племя, так как потеря собратьев оказалась для него слишком болезненной.

У монстра, как и у любого разумного существа, тоже есть чувства. Не странно и то, что внутренний голос у него также имеется, который ежесекундно твердит ему: убить, убить. убить.

Относительность течения времени для такого монстра ничего не значит, но даже ему показалось, что он прибыл на запланированное место куда быстрее, чем сам рассчитывал. Острая злость, подправленная жгучей местью, сделала его намного сильнее.

Он прощупал чувствительными волосками на стекловидных придатках внушительное пространство далеко позади себя. Он почувствовал усталость людей и их неспешное передвижение. У монстра в запасе оказалось достаточно много времени, чтобы подготовиться к «торжественной встрече», а может, правильнее сказать, к «прощальному вечеру».

Паучье чутье никогда не подводило его, в том числе и сейчас тоже.