Запретный остров

Им не потребовалось много времени, чтобы собрать достаточное их количество, ведь пальм на берегу было предостаточно. Сухие пальмовые листья имеют одну очень хорошую, для данной ситуации, особенность — они превосходно горят.

— Погоди-ка, — сказала Элизабет так, как будто что-то еще другое можно было сделать. — Ты уверен, что это сработает?

Рука Владимира, в которой колебалось пламя из хромированной зажигалки, застыла в нескольких сантиметрах от пальмовой ветки в руках озадачившейся девушки.

Он усмехнулся и произнес:

— Сейчас мы это и выясним! — Он продолжил приостановленное движение руки, а когда пламя коснулось сухого кончика листа пальмовой ветви, ссохшееся под солнцем опахало быстро взялось обжигающим пламенем.

Элизабет не ожидала столь быстрого эффекта и, испугавшись за свои длинные волнистые волосы, незамедлительно отбросила пылающую огнем ветку на Частицы, окончательно успокоившиеся некоторое время назад.

Когда объятая пламенем пальмовая ветвь коснулась слизистой субстанции, все Частицы, находившиеся в радиусе огненного поражения, мгновенно кристаллизовались.

Как и предполагал Владимир, одной такой ветки оказалось недостаточно, чтобы проложить путь, допустимый для безопасности. Еще несколько подобных факелов накрыли собой завибрировавшие коконы.

Паук, созерцая трагедию своих живучих, но не устоявших перед пламенем, многочисленных испражнений, заколыхался на верхушке далекой пальмы. А затем дико взвыл от ярости. Монстр был удручен и одновременно взбешен таким, казалось бы, непредсказуемым событием, но, несмотря на это, инстинкт самосохранения и сейчас не позволил ему напасть на смышленых людей.

И вновь человеческое благоразумие одержало победу над коварным изощренным умом хитрого противника.

Паук и не знал, до сей поры, что в мире людей частенько так бывает: все самые важные и грандиозные открытия совершаются абсолютно случайно, в процессе какого-то иного занятия.

Все пауки в природе весьма жизнеспособные создания, в том числе и эта непостижимая загадка природы, в мгновение ока ускользнувшая от глаз путников в зеленую гущу разнообразных растений. Лес принял его с распростертыми объятиями, как любой счастливый народ принимает своего любимого короля.

— Прости, паучок, что все так вышло, — с ноткой соболезнования произнесла Элизабет, обернувшись и осмотрев потускневшие на песке умерщвленные огнем Частицы.

— Но ты сам нарвался на неприятности, а у нас не было другого выбора.

— Думаю, он простит тебя, когда убьет и поглумится над твоим телом, — заулыбавшись, промолвил вернувшийся к жизни Владимир.

Сперва Рой счел, что у русского такая бесхитростная манера общения: постоянно подстегивать окружающих.