Запретные игры (СИ)

Со стороны Литвина только сухой кивок головы и «свободна». Я тоже не завожу диалогов, чтобы меня снова не приняли за проститутку.

Семь вечера. Я дома. На самом деле не дома, конечно. Эта квартира – моя тюрьма. Сегодня паршивое настроение. Последний месяц оно у меня всегда плохое, но сегодня хуже всего. Мне, как маленькой девочке, постоянно хочется порыдать. Поэтому я заедаю свою депрессию эклерами и смотрю комедию, лежа на диване. Долго не реагирую на звонящий телефон.

Не хочу никого слышать. А когда все же отвлекаюсь от фильма, жалею об этом. Это Эдуард. Его звонки ничего хорошего не несут…

— Да, — отвечаю.

— Собирайся. Приеду за тобой через пять минут.

— Зачем?

— Меньше вопросов, мы теряем время. Надень платье покороче, чулки, туфли, макияж.

Громко вздыхаю в телефон.

— Быстрее, мышка! — скидывает звонок. Прикрываю глаза, откидываясь на спинку.

Во-первых, я не хочу.

Не хочу!

Во-вторых, собраться за пятнадцать минут нереально. Я вся растрёпанная.

Соскакиваю с дивана, лечу в ванную умываться.

Конечно, я не укладываюсь в пятнадцать минут. Эдуард уже ждет меня внизу злой, как черт.

На мне черное платье до колен, чулки и туфли. Все это, конечно, не мое. Это реквизит Эдуарда. Он, как режиссёр постановки, позаботился о костюмах для актрисы.

Я успела только слегка накрасить ресницы и собрать волосы вверх, в некое подобие причёски.

Эдуард сегодня снова под видом такси. Сажусь в машину.

— Ты вообще за временем не следишь? — недовольно спрашивает Эдуард. Не отвечаю, отворачиваясь к окну. — В общем, так. Литвин сейчас ужинает в «Астории». Столик рядом тебе забронирован. Сядешь, закажешь себе коктейль, еще что-нибудь, что вы там, девочки, заказываете? Салат?

Я люблю мясо и пирожки, а не салат. Но молчу, сжимая губы.

— Обратишь на него внимание, поздороваешься. Всё, дальше не лезь, — наказывает он мне.

А я и не собиралась.

— Сделаешь вид, что ждешь подругу.

— Ну а дальше что?

— По обстоятельствам.

— Ну а если он не обратит на меня внимание?

— Так привлеки это внимание!

— Как? Раздеться и станцевать голой на столе? — огрызаюсь я.

— В идеале – да, — усмехается Эдуард. — Но это позже. Ну не знаю, построй ему глазки, но добейся контакта с клиентом, — уже недовольно произносит Эдуард.

Молчу, сжимая губы.

Как это все отвратительно.

Эдуард тормозит возле ресторана и смотрит на меня через зеркало заднего вида тяжёлым взглядом.

— Только не тупи, Надя. Это же в твоих интересах.

Молча выхожу.

Ресторан для избранных. Для тех, кто привык выкидывать много денег просто на еду. Мне не понять, как может быть стейк по цене коровы.

Прохожу в ресторан, называю свое имя, и меня провожают к столику.

Я замечаю Литвина еще с порога, даже несмотря на то, что он сидит ко мне спиной. Конечно, мне снова страшно и не по себе.