Запрети мне любить

– Ну, тогда мы пойдем? – молокосос смотрит на Жанну и Машу, неужели ждет, что они попросят его еще задержаться?

– Идите, идите, – с насмешкой произношу, пока девушки в уме решают, что ответить. – И в гости, пока Егор не вернется, больше приходить не стоит.

«А то Машкин папаша наведет о вас справки и разделает под орех раньше, чем вы успеете понять, за что».

Лютый благородством не отличался, поэтому Алену вряд ли спасет то, что она ходит в тот туалет, где на двери написана буква “Ж” или нарисована девочка.

– Какой ты гостеприимный, – ерничает Алена.

– А ты у Кимы спроси, почему не стоит приходить, потом еще благодарить будешь, – Маша понимает, о чем речь, и отводит в сторону глаза. Я отмечаю, что она не защищает гостей, не останавливает меня. Значит, не так они и важны.

– Мы с тобой и так каждый день видимся, а встречаться можем и у меня, – так и хочется дать этому недоумку в кадык.

– Завтра поговорим, – Машка хватает ухажера под руку и тащит к двери.

Почувствовала мое состояние? Только через мой труп она переступит порог его дома!

Провожали гостей без меня. Я остался сидеть в кухне. Если буду наблюдать за их нежностями, точно что-нибудь сделаю с мальчишкой. Он ведь не знал, что ступил на запретную территорию, но пострадать может.

Машка возвращается минут через десять. Одна.

– Миша, уже поздно, тебе тоже лучше поехать домой. Поговорить можем в любой другой день, не думаю, что это что-то срочное, – она подходит к окну, присаживается на край низкого подоконника, складывает на груди руки.

Я встаю и выключаю свет.

– Ты что дел?.. Зачем?

– Не хочу, чтобы за нами наблюдали, – подхожу близко, касаюсь ее коленей.

– Включи свет. Пойдем в зал, – Пуговка нервничает, а я ведь никогда ей ничего плохого не сделаю.

– Нет. Мы останемся здесь, – не даю ей спрыгнуть. Делаю еще один шаг вперед, захватываю в плен.

– Ты не должен был приходить."

"– Ты действительно думаешь, что меня остановит твое «не приходи»? – я зарываюсь одной рукой в ее волосы, костяшками другой провожу по щеке… подбородку… по нижнему краю губы. Мелочь. Обычная ласка, а я завелся, как пацан. Вот она, рядом. Нежная. Сладкая. Моя. Дурманит голову аромат спелых ягод… Никому не уступлю. Машка стоит того, чтобы ради нее умереть.

Не позволяю ей дернуться, когда наклоняюсь и впиваюсь в губы. Смакую. Исследую. В голове шумит кровь… Хочу ее всю!

Где-то в прихожей раздается грохот такой силы, что Машка испуганно подпрыгивает. Я стойко держусь и матерюсь про себя.

– Там Жанка…

– Сиди на месте. Уберет сама, – у меня есть подозрения, что они сговорились.

– Но вдруг с ней что-нибудь случилось?

– Значит, судьба, – за свое бесчувствие получаю тычок в живот. – Маш, давай будем встречаться? – озвучил то, зачем пришел. Она застывает.