Запрет на студентку

— рычу, пока она бодро перебегает дорогу, проигнорировав знак

пешеходного перехода в десяти метрах от себя. — Твою мать, Люба… —

смотрю во все подряд зеркала, чтобы убедиться в том, что дорога чистая.

Она одета в ту самую короткую малиновую куртку, которая была на ней в

день нашего знакомства. Худые мальчишеские бедра обтянуты черными

джинсами, на ногах мохнатые ботинки. Цветные вязаные аксессуары в виде

шапки, шарфа и варежек как всегда сводят возможность не заметить ее в

толпе к минимуму.

Перегнувшись через пассажирское сиденье, открываю для нее дверь.

Вместе с Любой в салон попадает снег и холодный воздух, но аромат

цветочных духов вытесняет и то и другое.

Делаю глубокий вдох, поглощая его с жадностью.

Кажется, в моей башке аромат цветов отныне будет опасным элементом, потому что на него у меня не самая здоровая реакция, а когда на моем

лице останавливаются голубые глаза с пушистыми ресницами, ловлю этот

взгляд своим. Она жжет меня ими, глядя в упор. Ароматная и охренительно

хорошенькая настолько, что из ступора меня выводит только длинный

сигнал какого-то придурка позади.

Посмотрев в зеркало, трогаюсь.

— Привет… — лепечет из своего шарфа.

Голос тихий, но мне хватает, чтобы уловить в нем веселье и волнение.

— Привет, — повернув голову, наблюдаю за тем, как Люба располагается в

моей машине.

Пристегивает ремень, снимая варежки и шапку. Укладывает все это на

своих коленях, не забывая при этом коситься на меня. Рыжие волосы

волнистые и пышные, убегают под намотанный вокруг шеи шарф. Кажется, это называется накрутиться на “бигуди”. Если это для меня, то в точку.

Желание потрогать яркие пряди нестерпимое, и это помимо того, что я

чертовски хочу ее поцеловать.

— Замерзла? — заставляю себя сидеть смирно.

Вводить традицию поцелуев при встрече нам противопоказано.

Мазнув глазами по моим губам, пожимает плечом:

— Угу…

Включив обогрев ее сиденья, пытаюсь соориентироваться и прикинуть

самый короткий путь из этого района. Вариантов того, куда мы с ней можем

отправиться не так много. Вообще-то, он один — ко мне домой.

Не в гостиницу же нам ехать, твою мать.

Гулять за ручки по городу нам противопоказано так же, как и целоваться

при встрече.

Тупость моего положения зашкаливает, и город начинает казаться слишком

маленьким.

— Чем займемся? — мурлычет, заставляя меня улыбаться.

Откинувшись на сиденье, бросаю на нее ироничный взгляд."

"Закусив губу, делано-внимательно смотрит в окно.

Свет уличных фонарей гуляет по ее профилю.

Расслабляюсь, говоря:

— Как насчет ужастика?

Посмотрев на меня, жует губы, с серьезным видом уточняя:

— В кино?

Усмехнувшись, откидываю голову на спинку кресла.

— На моем домашнем кинотеатре.