Запрет на студентку

Это греет мою душу! Мне даже не нужно делиться этим с кем-то! Мне

просто достаточно знать это самой!

Но когда вновь смотрю на Касьнова, его глаза горят каким-то пугающим

огнем.

— У тебя что, мужик появился? — со сталью в голосе спрашивает он, глядя

на мою шею, где неугомонный рот Романова вчера оставил огромный

засос.

Мой страх такой осязаемый, что его можно есть!

Он видит это на моем лице, которое за секунду покрывается пятнами, и я

никак не могу это остановить. Я безнадежна настолько, что просто молчу, осознавая — Касьянов последний человек на Земле, которому стоило бы

знать о нас с Сашей. То, что он вцепится в это, как питбуль, просто

оглушает меня, приводя в ужасную панику, от которой потеют ладони. Ведь"

"я и Романов — это секрет! И я совсем не против, потому что не хочу, чтобы

все вокруг перемывали кости ему или мне. Его работа и его достижения… в

них он вкладывает всю свою энергию. Потому что гений биоинженерии! Он

замдекана, и грязные лапы Касьянова где-то рядом с ним пугают меня

даже больше его горящего злостью взгляда…

— Нет… — мой голос сипит, а сердце колотится.

По его скуластому лицу расползается улыбка, но она не затрагивает глаз, поэтому выглядит чертовым оскалом. Я никогда не вела себя с ним так! Как

блеющая перепуганная дура, и он тоже об этом знает…

— И кто такой? — игнорируя мой ответ, сканирует глазами толпу за моей

спиной.

— Не твое дело… — шевеля присохшим к небу языком, пытаюсь не упасть

со своих дрожащих ног.

Я не знаю, на что он вообще способен, но я думаю, что… он в состоянии

испортить жизнь кому угодно, если задастся такой целью.

— Так кто такой? — повторяет, подхватывая пальцем кончик моего хвоста.

Прочистив горло и прижав к скачущему сердцу сумку.

— Тебе что, больше никто не дает, раз ты за мной таскаешься? — пытаюсь

всколыхнуть свой гнев, выплевывая ему в лицо.

Оно каменеет от злости, когда цедит:

— С тобой только отсталый ляжет. Думаешь, я не узнаю, кто этот лох?

Положенный по расписанию звонок вдруг ударяет по коридору, и этого

достаточно, чтобы его внимание на секунду покинуло меня, и шумящая

ушах кровь спасает меня.

Выхватив из его пальцев свой хвост, дергаюсь в сторону и молниеносно

смешиваюсь с толпой, находясь на грани самой настоящей истерики.

Но уже добравшись до остановки, я понимаю, что моя паника становится

неконтролируемой! Просто не понимая, куда мне двигаться в пространстве, я двигаюсь по парку, в котором полно снеговиков и детей, и в котором…

почти месяц назад мой любимый мужчина спас меня от взбесившегося

добермана.

Опустившись на скамейку, зажимаю между колен ладони и глотаю слезы, которые накатывают волнами.

Я вдруг понимаю, что не смогу справиться с этим сама!

Мне нужно… нужно рассказать ему, иначе я снова наделаю каких-нибудь

ужасных дел.