Таверна «Две Совы». Колдовать и охотиться - запрещается

Сама себе красоту наводи.

   – Без «Фай»! – она погрозила мне пальчиком. - Не знаю, что ты скрываешь, но мне не ври. Не хочешь говорить,так и скажи. Но не придумывай ничего.

   – Договорились, - клятвенно пообещала я и с мольбoй протянула. – Помоги снять платьице, а?!

   Фея для видимости поворчала ещё немного, но просьбу выполнила. Вдвоем дело пошло быстрее: перемазанное платье полетело на пол, лицо я умыла по старинке – водой, всю остальную грязь Фая убрала колдовством.

   Я с облегчением влезла в чистые штаны, натянула тунику и щеткой расчесала волосы. Блаженство! И телу приятно и дышать можно. А то в корсете уже ребра в бутон сложились.

   – Вот так вниз и спустишься? - подруга недовольно осмотрела меня со всех сторон. - Как супарень?

   – Нет, попрошу помощи, – я улыбнулась фее, схватила перо с бумагой и быстро накидала набросок наряда. - Сделаешь?

   – Вот это? – Фая поморщилась, но судя по озорному блеску в глазах, все же заинтересовалась. - Уверена?

   – Ладно, - усмехнулась подруга и щелкнула пальцами. – Но в качестве компенсации я внесу поправки!

   Меня снова окутал искрящийся водоворот. Колдовские искорки обнимали и впитывались в одежду, кожу и волосы. Привычно затрещала ткань, забегали по голове невидимые насекомые. Фу, етицкий бартыц!

   – Готово, - довольно потерла ручки фея. - Принимай работу.

   На этот раз я поступила умнее: сразу осмотрела себя с головы до ног и особеннo внимательно – отражениė в блюде. Вышло даже лучше, чем я могла надеяться. Застиранные и растянутые на коленях штаны преобразились – вернули свой настоящий черный цвет, сжались, обтягивая бедра. Свободного покроя льняная туника окрасилась серебром, собралась оборкой под грудью, на глубоком вырезе появилась шнуровка. Кокетливая веревочка не только не скрывала ложбинку между грудей, но и наоборот – привлекала внимание. Волосы мне Файка все же закрутила. Но на этот раз обошлось без овечьих кудряшек – крупные локоны обрамляли лицо, тяжелым водопадом спускались на плечи. Но больше всего меня поразили глаза! Даже в неровном свете свечей и в смазанном отражении блюда я видела свои длинные черные ресницы. Как у коровы! Сбылась мечта!

   – О-ой, – на этот раз счастливо выдохнула я. – Фая-а! И чего җе я к тебе раньше не обращалась?!

   – Теперь плётка тебе не нужна, – философски заметила подруга и, встретив мой многозначительный взгляд, рассмеялась. - Иди, развязывай войну, прекрасная Елена!

   – Коня ловить больше не посоветуешь?

   – А чего его ловить? - фея хитро прищурилась. - Мустанг – животное дикое: надолго убегает, но всегда возвращается. Если его правильно приручить.

   Я улыбнулась, оценив сравнение Диаза с лошадью.