Запрещенные слова. Том первый

— Не трогайте посуду и помойте руки, — командует Лиля, и когда они несутся в ванну, делает шаг ко мне. Обнимает, но мимолетно, словно не хочет оставаться в этом контакте ни на секунду дольше необходимого.

До сих пр не простила мое «гнусное вмешательство» в ее личную жизнь.

Хотя про «святого трудоголика Игоря» я после Нового года больше ни разу не слышала.

— У тебя тут целая оранжерея, — говорит Лиля, изучая цветы, которые я расставила по дому.

— Это от коллег и партнеров.

— А от поклонников… вот тот, — кивает на белые розы, потом переводит взгляд на орхидеи в коробке, — и вот этот?

— Здесь все от коллег. — Я даже не пытаюсь сделать вид, что не замечаю ее нарочитую попытку вывести меня на эмоции. Как будто тот факт, что у меня нет мужика, автоматически обесценивает каждый знак внимания в мой адрес. — У меня сейчас слишком много работы — цветы от поклонников могут появиться разве что в воображении."

"Я нарочно иронизирую, чтобы не давать ей повода развить тему и втащить в это мать.

Мы садимся. Я подливаю вина, предлагаю попробовать теплый салат с уткой и соусом из чернослива. Отец кивает, берет, мама долго крутит вилкой пасту с белыми грибами, будто решает, не отравлена ли еда именно в ее тарелке.

Мы разговариваем обо всем — о новостях, немного о политике, обсуждаем всех маминых и Лилькиных приятельниц, родню, которой у нас много, которую я вижу раз в пятилетку, но буквально как будто живу в коммуналке со всеми ними, потому что в курсе всех срачей. Но все равно слушаю, потому что пока мама и Лиля в своей стихии — мы с отцом можем просто кивать и изредка, просто для белого шума, вставлять свои пять копеек.

Когда переходим к десерту чизкейка с клюквенным соусом — я набираю в легкие побольше воздуха и все-таки озвучиваю произошедшую в моей жизни перемену:

— Я… хотела поделиться новостью, — говорю, мысленно скрестив пальцы, и поднимая шампанское. Жду, пока остальные сделают так же, замечаю появившийся в глазах матери блеск и натянутое до предела лицо сестры Заранее знаю, что одна из них точно через секунду взорвется, а друга — получит еще один повод для ехидных шуток. Но мне все равно. — Меня повысили. Теперь я HR-директор Nexor Motors. Это новая объединенная структура и…

— И когда ты собираешься о семье подумать? — перебивает мама, словно новости о карьере — просто повод поставить ее любимую пластинку.

Я сжимаю губы. Лиля криво усмехается, пьет шампанское.

— Тебе сегодня тридцать три, Майя, — продолжает накручивать мама. — А все, что я от тебя слышу — карьера, работа, деньги!

— Может потому что это — моя жизнь, мам? — Я стараюсь держать себя в руках и не обострять, но сегодня это особенно сложно.