Запрещенные слова. Том первый

И хоть Резник еще пару раз намекнул, что делать вид, что у меня каникулы одиночки, совсем не обязательно, ничего такого я не выкладывала. Визуально все выглядело так, будто я устроила сама себе спонтанный отпуск и наслаждаюсь тишиной как одинокая волчица.

Странно сказать, но единственный, кто в курсе моей начавшейся личной жизни — это Шершень. Ему я, кстати, пока так и не написала. Думала провести сегодняшний вечер в покое и пораньше лечь спать, а с ним у нас обязательно завяжется диалог, который я буду вертеть в голове даже во сне — плавали, знаем.

— Саш, я уже вернулась, мне на работу завтра, ты что, — смеюсь и одновременно психую, потому что проклятая маска приклеилась какими-то ужасными морщинами, превратив мое отражение в шарпея.

— Может… кофе выпьем, Пчелка? — предлагает через очень осторожную паузу. Он всегда был очень деликатным, боялся переборщить и перегнуть даже там, где в предосторожности не было никакой необходимости. — Я тут недалеко.

— Тут — это где? — уточняю на всякий случай.

— В «Локо», — сдается.

Это на соседней от моего ЖК улице.

— Просто кофе и поболтать, Пчелка, — продолжает, немного смелея.

Мне почему-то кажется, что его внезапный порыв никак не связан с резким желанием навести мосты. Точнее, я почти уверена, что дело снова в Юле. Смотрю на часы еще раз — начало девятого. В принципе, это же просто дружеские посиделки, мне даже наряжаться не обязательно.

— Но только не долго, Саш, — соглашаюсь, сдираю маску и чувствую облегчение.

— Я тебя подвезу домой.

— Один квартал? Да ну перестань.

Свитер, джинсы, ботинки, шарф, парка с мехом и рюкзак — мой наряд.

Когда Сашка встречает взглядом мое появление, его губы растягиваются в фирменную григорьевскую улыбку — с ямочками, глазами-полумесяцем.

Я подхожу к столу, даю за собой поухаживать — снять пальто, отодвинуть стул.

— С прошедшими, — Сашка ставит в центр стола маленькую белую коробочку с бантиком.

Смотрю на нее с неловкостью, потому что у меня даже как-то в мыслях не было думать о подарке для него. Мы друзья, но не из той категории, которая друг друга на все праздники в десна целует.

— Она не кусается, — подшучивает Григорьев и настойчивее толкает подарок на мой край стола, пока структурный картон упаковки не касается костяшек.

— Даже развязывать жалко, — бормочу, пока распускаю края ленты, которая секунда назад была красивым бантом. Снимаю крышку. — Сашка, блин…

Внутри — забавный брелок на ключи в виде как будто собранный из лоскутков разноцветной кожи панды. Известный сумочный бренд. Милота.

— Ты меня так отругала, что я не правильно гуляю по Парижу между рейсами, что я решил погулять «правильно». — Улыбка у Сашки довольная, потому что тут и без слов ясно, что я в восторге.