Запрещенные слова. Том первый

На языке вертится сказать ему комплимент, но вместо того, чтобы похвалить, зачем-то брякаю:

— Вот бороду бы сбрили — цены бы вам не было, Владимир Эдуардович.

— Бороду? — Проводит по ней ладонью. — Сбрить?

— Что, на святое покушаюсь?

— Чем вам борода не угодила, Майя?

Еще секунду назад готова была до самого дома с ним в шутку остро пикироваться, но это его внезапно совсем не формальное «Майя» вдруг лишает дара речи. На мгновение, но голове надо переварить, как это он так резко вдруг перепрыгнул сразу с «Франковской» на «Майю». Хотя, конечно, мы уже не в офисе, рабочий день давно закончился и можно слегка «послабить» деловой тон."

"— Я просто не люблю вот этот первичный половой признак на мужском лице. Но вам совершенно не о чем беспокоиться, Владимир Эдуардович, — я выбираю более комфортную для меня форму обращения, — все мои к ней претензии лежат исключительно в плоскости личных отношений, и никак не повлияют на наши с вами офисные битвы.

— Вас в детстве обидел Дед Мороз? — подначивает Резник.

— Не в детстве, а чуть-чуть позже, — щелкаю языком, — когда вместо красивого принца положил под елку пластикового Кена.

— Так до сих пор и не принес то, что нужно?

Возможно, я что-то себе придумываю, потому что в полумраке салона тяжело рассмотреть точное направление его взгляда, но почему-то кажется, что он только что мазнул взглядом по моему безымянному пальцу. Хотя зачем? Моя-то анкета, в отличие от его, открыта, и у него есть к ней доступ.

— А почему ваша анкета закрыта? — нарочно «пропускаю мимо ушей» его вопрос, и атакую своим интересом.

— Потому что имею печальный опыт разного рода… недоразумений. — Резник намеренно берет небольшую паузу перед последним словом. Почему-то кажется, что туда просится другое, но какое — нет ни единой идеи. — А вы любопытствовали, я так понимаю?

— Моя работа — знать все обо всех, — не вижу смысла это скрывать.

— Спрашивайте, — он делает приглашающий жест подбородком, достает еще одну сигарету, вопросительным взглядом спрашивает разрешение закурить. Получив — снова очень аккуратно дымит в полуоткрытые окно. — Постараюсь вас удовлетворить, Майя.

Мы перекрещиваемся взглядами.

В горле слегка першит от двусмысленности.

И в отличие от моего первого прокола, когда я действительно ляпнула не подумав, от души, а не подбирая слова, интуиция подсказывает — он-то как раз прекрасно знал, что и как говорит.

И снова использовал мое «голое» имя.

— Как вам теперь живется здесь у нас? — выбираю самый нейтральный вопрос.

— Имеете ввиду не в столице?

Киваю.

— Еще не решил. А пока решаю — буду на выходные кататься домой.

На языке вертится закономерное: «К кому?», но я не спрашиваю.