Запоздалая свадьба

 — Вероятно, вопрос касается событий сегодняшней ночи?

— Только косвенно. Должно быть, вам часто приходится иметь дело с париками, накладными косами и тому подобным, не так ли?

— Каждая молодая дама, желающая следовать моде, просто обязана иметь шиньон или два, — с полной убежденностью заверил Пирс. — По достижении же определенного возраста женщина обязательно должна потратиться на несколько париков. Другого выбора у нее просто нет, если, разумеется, она желает прослыть настоящей светской львицей.

— Вы видели гостей, собравшихся на балу. Не заметили, случайно, дам в светлых париках?

— Светлых?! — Пирс картинно вздрогнул. — Господи милостивый. Конечно, нет, мадам! Да я бы положительно ужаснулся при виде подобного зрелища!

— И какого дьявола вы были бы так шокированы? — процедил Тобиас, кривя губы. — Сами только что сказали, что модной даме полагается иметь парики.

— Да, но не светлые. — Пирс возвел очи горе, очевидно, искренне возмущенный глупостью собеседника. — Вижу, сэр, вы ничего не понимаете в хорошем тоне. Позвольте уведомить вас, что там, где речь идет о париках, фальшивых косах, накладках и тому подобном, светлые волосы почти так же немодны, как рыжие.

Последовало тяжелое, напряженное молчание. Все уставились на Лавинию, чьи ярко-рыжие полосы переливались медью в свете настенного канделябра.

Тобиас вдруг сообразил, что парикмахер только сейчас оскорбил его возлюбленную, и пронзил Пирса жестким взглядом.

— Я считаю, что волосы миссис Лейк необычайно красивы и очень ей идут, — спокойно парировал он, и, хотя при этом не повысил голоса, обе компаньонки поежились и дружно отодвинулись на несколько шагов. Они по-прежнему смотрели на Тобиаса, но уже без особенного, чисто женского интереса. Теперь они пялились на него так, словно он прямо у них на глазах превратился в бешеного зверя.

— Тобиас, — тихо велела Лавиния, — немедленно прекрати.

Но он не собирался прекращать: уж очень был раздражен. Да и вечер выдался долгим и на редкость тяжелым.

Один Пирс, казалось, совершенно не сознавал, что попал в беду. Его внимание было приковано к Лавинии.

— Мадам, вы действительно должны позволить мне нанести вам визит, после того как мы все вернемся в Лондон, — настаивал он с на первый взгляд искренней озабоченностью. — Я так много мог бы сделать для вас. Клянусь, вы будете великолепно выглядеть в темно-каштановом парике. Такой драматический контраст с зелеными глазами!

Лавиния нахмурилась и пригладила волосы.

— Вы действительно так считаете?

— Вне всякого сомнения.

Пирс положил руку на грудь и стал задумчиво гладить подбородок, озирая Лавинию взглядом скульптора, изучающего свое незаконченное творение.

— Я уже представляю результаты, и они будут ошеломительными, даю вам слово.