Заповедник

И только один, сидевший по правую руку от Монти, был другим. Высокий, худой, с аскетичным лицом фанатика и острыми, пронзительными глазами. Потом этот Аскет посмотрел на Дока, и в них полыхнула молния воли и силы.

— Не веришь! — гулким голосом утвердительно произнес он.

— Уж не обессудь, не верю! Вернее, не доверяю таким, как вы, — и Док замолчал, а потом неожиданно для себя сказал:

— А хочешь, я тебе морду набью?

— Ты что, сдурел! — буквально взвизгнул Монти. — Что ты себе позволяешь?

— Остынь, — холодно улыбнувшись, проронил Аскет и положил руку на плечо Монти. Тот сразу сник, будто шарик, из которого выпустили воздух, а пришелец продолжил:

— Я и сам хотел это предложить! Условие: если победишь ты, мы уйдем, если я — ты нас ведешь в свой мир!

— …вы и его спасете? Выходи! — холодно произнес Док и пошел в центр зала, краем глаза контролируя Аскета и его движения.

— Док, — встревоженно предложил Кэп, — давай лучше я!

— Успокойся, дружище… лучше за этими… за упырями смотрите, — и Док на секунду перевел взгляд на оставшихся «монахов». В тот же миг Аскет бросился вперед. Бросился очень быстро, почти размазываясь от скорости, но Док вовремя ушел в сторону, и Аскет проскочил мимо. Неуловимо быстро развернувшись, он что-то убрал в широкий рукав.

«Нож», — подумал Док и сказал:

— Ну и сука ты! — и глазами показал на его руку, в рукаве которой Аскет что-то прятал. Тот на секунду остановился и с гримасой превосходства отшвырнул в сторону какой-то удлиненный, глухо стукнувший об пол предмет."

"— Теперь молись своим Богам, — злобно прошипел Аскет, и… и в ту же секунду в его сторону понеслось нечто длинное и извивающееся, причем никто не увидел, что это и откуда оно взялось. Шея Аскета, его руки, да и все тело мгновенно были крепко-накрепко оплетены коричневым и слабо шевелящимся… тросом… змеей?

— Нечестно, — прохрипел поверженный противник, извиваясь всем телом — ты… ты, — Аскет снова попытался что-то сказать, в приступе отчаяния выгнулся, сделав своеобразный мостик, и тут же рухнул набок и захрипел.

— Ты первый начал, Я только ответил! — холодно откликнулся Док и повернулся к остальным «монахам». В тот же миг створки двери со стуком распахнулись, и в зал ворвались не менее двух десятков человек, и среди них… Калган: худой, кривящийся от боли, с посохом, на который опирался всем телом.

— Этих, — он показал на «монахов», — вязать и в подвалы, а его — он повернулся к Монти, — в кандалы и в одиночку! В мою, в особую! — и только потом посмотрел на Дока.

— Все будет так, как мы договорились? — спросил Док. — Ни один из них до моего возвращения, надеюсь, не умрет от… поноса?

Калган в ответ истово перекрестился и ответил:

— Как договаривались. А чем это вы его?

— Чем? — усмехнулся Док.