Заповедь Варяга

Иначе откуда русскому киллеру известно время, когда Варяг подъедет к подъезду гостиницы на своем шикарном «Мерседесе».

Наблюдая со стороны за Варягом, Ласарильо подумал о том, что лучшего времени для его устранения не придумаешь. Сейчас Владислав Игнатов своей беззащитностью напоминал муравья, ползущего по пешеходной дорожке: требовался всего лишь миг, чтобы размазать всемогущего дона на сером асфальте. Неторопливым шагом, как будто за плечами у него был ворох выполненных дел, а впереди ожидала вечность, господин Игнатов направился в гостиницу. Его спину плотным заслоном скрывало двое молодцов. Теперь уже не пробить! Поль сунул руку в карман. Чуткие пальцы уперлись в прохладную ручку «нагана». Один меткий выстрел мог бы значительно улучшить его материальное состояние, превратив его из рядового киллера в весьма обеспеченного человека. К черту! Он вытащил «наган» и спрятал его под сиденье автомобиля. Поль посмотрел на часы. Доктору Игнатову потребуется не менее получаса, чтобы подняться в свой номер, выставить охрану на этажах и выпить маленькую чашку кофе. Поль Ласарильо решил немного подождать. Номер русского дона находился на десятом этаже, чтобы пальнуть в его окно, следовало, по крайней мере, нанять вертолет. Хлопотно, а потом привлечет внимание окружающих.

Ласарильо не без интереса наблюдал, как в сопровождении кавалеров в гостиницу входили русские проститутки. Ему было известно, что это путаны очень высокого класса, и он не без сожаления думал о том, что у него совсем не останется времени, чтобы убедиться в их исключительном профессионализме. Поль Ласарильо вновь взглянул на часы – прошло ровно тридцать минут. За это время он успел выкурить три сигареты, последняя оказалась самой сладкой. Он все еще не решался выбросить ее, хотя огненный кружок упрямо подбирался к самым пальцам и грозился пребольно ужалить. Смахнув с рукава упавший пепел, Ласарильо решительно выбросил окурок в открытое окно и, поставив машину на сигнализацию, направился к гостинице. У входа его встретил унылый швейцар в богатой ливрее. Но стоило Полю протянуть ему хрустящую бумажку, как тот мгновенно превратился в образец обаяния и широко, с довольной улыбкой, распахнул перед ним дверь. Восемь этажей Поль проехал на лифте, два оставшихся решил преодолеть пешком."

"Как и предполагал Сержант, в коридоре размещалась охрана. Он спиной чувствовал настороженные взгляды, ощущение было не из приятных, – полное впечатление того, что шагаешь строевым шагом под пристальным вниманием снайперов, вооруженных винтовками с оптическим прицелом. Поль Ласарильо поднялся на десятый этаж.