Записки провинциальных сыщиков

«В том же году она под именем Суры-Шейндли Соломониак судилась уже в Петербурге за передачу чужого паспорта одному еврею, но дело было прекращено, а тем временем выяснилось участие Шейндли и Михеля Бренера в кражах на дачах госпожи Вуцко и у господина Левдина. В 1868 году Шейндли называется уже Вульферович-Школьник и вносит судебному следователю 4-го участка Москвы 300 рублей залога за еврея Абрама Бренера, который звался ложным именем и был обвинен в краже денег у купца Московского. Через год, т. е. в 1869 году, обвиняемую под именем Шейндли Бренер с обоими Бренерами задерживают в Киеве, признают за Суру Розенблад, приговаривают к полугоду тюрьмы за проживательство по чужому виду и оставляют в подозрении по обвинению в составлении с Бренерами шайки и в кражах у гг. Браткова и Кильчевскаго. Шейндли убегает из Киева. К этим же годам относятся ее действительные или фиктивные браки с Михелем Бренером и Михелем Блювштейном»[51].

Сонька специализировалась на четырех видах краж: карманных, в лавках, железнодорожных вагонах и в гостиницах. Чтобы не примелькаться и не попасться, она вместе со своей шайкой (в ее состав, среди прочих, входили ее мужья и любовники: Михель (Микеле, Михаил) Бренер, Михель Блювштейн и Вульф (Владимир) Бромберг по кличке «Кочубчик») постоянно меняла города и даже страны.

Рис. 10а и 10б. Шейндли Блювштейн, анфас и профиль. Фотографии канцелярии московского обер-полицмейстера, 1879 г[52].

Рис. 11. Микеле Блювштейн. Фотография канцелярии московского обер-полицмейстера, 1879 г[53].

Рис. 12. Вульф Бромберг. Фотография канцелярии московского обер-полицмейстера, 1879 г[54].

Рис. 13. Янкель Гольдштейн. Фотография канцелярии московского обер-полицмейстера, 1879 г[55].

Про кражи карманные и железнодорожные подробно рассказывает В. В. Ланге в книге «Преступный мир», повторяться не будем. Расскажем про лавки и гостиницы."

"Несколько человек, якобы незнакомых друг с другом, почти одновременно заходили в лавку. Если лавка торговала тканями, каждый требовал показать ему сразу несколько отрезов, если ювелирными изделиями, просили на показ несколько колец или стопку бриллиантов. Приказчик, разрываясь между покупателями, не успевал заметить, что Сонька прятала отрезы в специально сшитые вокруг юбки мешки, а драгоценности засовывала в рот или под специально отрощенные длинные ногти. Совершив в конце концов покупки на незначительные суммы, шайка воров преспокойно покидала лавку.

Такие воровки назывались по-еврейски «шопен-фелершами», по-русски «городушницами»[56].

И опять легенда: как-то в одном из магазинов, желая осмотреть бриллианты в естественном освещении, Сонька подошла к окну. А когда вернулась к прилавку, приказчик заметил, что бриллиантов стало меньше.