Записки провинциальных сыщиков

Они пили водку, закусывали и ушли ночью около 11 часов.

Не откладывая, я пошел в мастерскую узнать, там ли Спицын, чтобы допросить его. Он оказался в столовой, и заведующий мастерской привел его в контору, где я ожидал. Спицын, белесоватый парень, тщедушный на вид. Увидев полицейского в мундире, он немного смутился.

– Садись, Спицын, – сказал я, – и расскажи, с кем и как ты провел вчера время и что знаешь о Волохове?"

"– Расскажу все по чистой совести. Волохова хорошо знаю. Он любил, как я играю. Меня за игру прозвали Гармонистом. Мы частенько угощались, можно сказать, подружились. Он постарше меня, человек сурьезный. Как-то он сказал мне: «Вот что, Колька, получается тут одно дело, и ежели произойдет, то большую деньгу зашибить возможно. Слыхал ты что-нибудь о кладе в соборе?» Я об этом ничего не знал, и Волохов мне рассказал о закопанном кладе и что он с друзьями порешил добыть его. «Хочу, чтобы и ты побаготел. Пойдем с нами. Ты слабун, и работу дадим тебе легкую. Будешь караулить у ворот. И вот все твое дело, а оно важное, потому хоть соборная площадь малолюдная, но следить надо и, в случае чего, дашь нам знать». Я хорошо не соображал, в чем дело, но понял, что идут выкопать клад, а я покараулю. Выходит – пустое дело, а ежели добудут клад, то забогатею, и я согласился. Через несколько дней приехали три человека. Они сидели с Волоховым в трактире, подошел и я. Был праздник, шумно. Волохов сказал: «А вот наш караульщик». Один из тех людей пошутил: «Смотри, ежели крепкий ветер задует, то ты, брат, держись за решетку, а то улетишь, а ежели в темноте испугаешься, то не кричи мамашу». Посмеялись. Другой парень сказал: «Видел сторожей. Заходил курнуть в сторожку. Старички. Их тесемочкой связать можно». До вчерашнего дня я больше не видел этих людей. Волохов велел мне с вечера быть в трактире, но не присоединяться к нему, и часов в одиннадцать пойти к собору, где он меня встретит. Я видел, что в трактире с ним сидели только двое. Без четверти одиннадцать я вышел. Было очень холодно, сильный ветер, пурга заметала. Я крепко закутался. Кто принес инструменты, не заметил. Волохов и другие шли врозь. В ограду вошли трое. Долго стоял я у ворот. Никто не выходил из ограды и мимо никто не проходил. Что там делалось – мне не видно и не слышно было. Когда Волохов и товарищи вышли, погода немного стихла, чуть-чуть светало, и мы пошли по направлению к Ростову. Прошли недолго. В одном месте один из чужих остановился, и мы все стали. Тот человек сказал Волохову: «Как же это ты набрехал, что в соборе непременно клад найдем и что ты точно место знаешь? Из-за твоей брехни побили сторожей и еще людей, а нашли два серебряных рубля. Ты понимаешь, как за два рубля четырех людей убивают? Говори, сукин сын».