Интимный дневник. Записки Лондонской проститутки

В нем был вопрос, который можно было понять, как хочешь, зато ответ уже был известен заранее.

—  Счастливо доехать, — сказал он.

—  До свидания, — ответила я и закрыла за собой дверь. Калифорния, Калифорния, до тебя тысячи миль. Я улыб­нулась. Утро оказалось теплей и ярче, чем я ожидала

vendredi, к 5 mars

Я снова в Лондоне, день вполне сносный, весенний. Нет этой убийственной жары, тепло и приятно, можно сидеть на воздухе и подумывать, не скинуть ли плащ. За­чем вообще его надела. Сходила в излюбленные места, встретила С, одного из приятелей моего Мальчика. Послед­ние о нем новости: его бросила эта рыжая девица, кото­рая не нашла ничего лучшего, как закругить роман с его соседом. Формально, как я полагаю, С. — и мой приятель тоже, поскольку нас обоих он знает примерно одинаковое время. Но если предположить, что все мужчины, которые не примчались поддержать меня после нашего разрыва, чтобы предложить чего-нибудь выпить и сказать, что все мужики — сволочи, находятся на стороне Мальчика, то С. тоже входит в число его сторонников.

Я улыбнулась и помахала рукой. Он перешел через до­рогу и поцеловал меня в щеку.

—  Тыщу лет не виделись, — сказал он. — Как поживаешь?

—   Жива-здорова, как видишь, — ответила я. — Да и все остальное нормально. Как твои курсы мотоцикла?

—   О, просто здорово. Потрясающе. Иду сегодня смот­реть Дукати 996 Т. — Первый признак всякого неофита — употребление непонятных и экзотических словечек. Да будут благословенны его хлопчатобумажные носки.

—  Здорово.

Мы помолчали, улыбаясь друг другу.

—  Может, сходим перекусим чего-нибудь?

Мы зашли в какое-то мрачное восточное кафе. Нам подали какое-то непонятное мясо в соусе, приготовлен­ном, похоже, из порошкового супа. Но, слава богу, хоть чай оказался очень даже неплохой: свежезаваренный и го­рячий. С. рассказал, что в одной компании мотоциклет­ных фанов, с ног до головы одетых в кожу, он познако­мился с одной женщиной, и теперь они встречаются. Он куда-то торопился, и я пошла проводить его до метро.

—  Я все не решаюсь спросить, но...

—  А я все думал, когда же ты начнешь о нем спрашивать. Мы остановились на тротуаре. Послеобеденная толпа

обтекала нас с обеих сторон

—  Да вот, понимаешь, мне все не дает покоя одна мысль: интересно, что он сказал, почему мы с ним разбежались?

Понимаю, не совсем красиво я тут выглядела, но на что только не пойдешь, чтобы удовлетворить естественное любопытство?

С. беспомощно всплеснул ладонями.

—   Да что обычно говорят мужчины в этом случае. Мы вообще-то мало знаем друг друга, мы с ним не очень близкие приятели... Мне лично кажется, он еще не совсем повзрослел, ей-богу.

—   Не скрывай ничего, говори все, что знаешь, даже если мне будет неприятно, — улыбнулась я.

—    Правда-правда.