Записки под партами

Потом прислал пять смайликов и как его все достало. Ох, знал бы он, сколько всего достало меня. Но я не ною. Не в моем характере. Просто пишу ему, что крепись и жизнь наладится.

Дома меня ждет очередное веселье. Янка ругается с мамашей. Орут друг на друга благим матом, словно и не родня вовсе. И мне естественно тоже достается.

— Выброшу всю твою косметику к чертовой матери, — кричит Тетя Люба.

— А я тогда все твои сковородки, — кидает ответочку Яна и тут же замирает, при виде меня. Мы с ней с того дня и словом не обмолвились. И собственно было довольно неплохо. Мне такой вариант нравится больше, чем ее общение.

— Богом клянусь, ты договоришься, — вопит мать. Хватает ведро, которое стоит у нее под ногами. Я понимаю, что дело пахнет жареным, поэтому быстренько закидываю ноги в комнатные тапки и пытаюсь протиснуться в свою каморку. Пусть хоть поубивают друг друга, мне все равно. Краем глаза замечаю, как Теть Люба поднимает ведро, и грязная вода с него летит в мою и Янкину сторону. Сестра успевает сделать шаг назад, а я вот попадаю под удар.

— Чего встала, как вкопанная, — прилетает от мачехи, вместо извинений. Стою мокрая с ног до головы и чувствую запах тухлой рыбы.

— Как остынешь, поговорим, — фыркает Янка и хлопает за собой дверь, закрываясь на замок.

— А ты что встала? — Тетя Люба таки пылает от ярости и плевать ей, что я ни в чем не виновата. Кидает со злости ведро мне под ноги и выдает на последок: — полы протри, а то грязи от тебя, как от собаки мусорной. — Я молча съедаю очередную порцию гадостей в свой адрес. Нужно потерпеть немного, школа закончится, и уеду отсюда подальше. К горлу подкатывает ком, слезы вот-вот хлынут, но толку плакать. Ничего не измениться. Я одна в этом мире, поэтому проще отодвинуть, чем зацикливаться. Только мозг до сердца команду доносить плохо умеет.

Захожу в ванну, смотрю на себя в зеркало и думаю, что даже Золушка в сказке не терпела столько, сколько терплю я. Ладно бы только в семье, так ведь еще и в школе. На мне точно клеймо какое-то. Иначе не объяснить всеобщую ненависть. Скидываю вещи и залазаю в ванную. Струи горячей воды смывают грязь и обиду, а еще прячут мои слезы. Им я позволяю выйти только здесь. Пусть и бессмысленно, но сдерживаться так сложно.

Через пятнадцать минут покидаю ванну и беру вещи, чтобы отправить в стирку. Проверяю карманы и нащупываю что-то. Точно, это ведь от Анонима. А я и забыла совсем. Вытаскиваю маленький спичечный коробок, осторожно открываю, мало ли он туда паука запихнул. Но все оказывается в разы милей. Внутри конфетка в виде панды. А еще записка. Дрожащими руками разворачиваю ее, как только умудрился так свернуть. Листок оказывается довольно больше по размеру, чем мы оставляем друг другу обычно. Все тот же красивый почерк, такие же ровные буквы.