Запасная жена

— Плевать! Возьму чемодан и пойду в аэропорт пешком! — крикнула я и направилась в дом за чемоданом.

ГЛАВА 11

Поднявшись по лестнице, ведущей вверх, я прошла мимо спальни Анатолия и, как только зашла в свою комнату, принялась лихорадочно собирать вещи. Когда чемодан был полон, в комнату вошел Анатолий и сурово сказал всего два слова:

— Не глупи.

— Извини, но в тюрьму мне что-то не хочется.

— Не хочется, говоришь?

— Не хочется. Я, между прочим, для тюрьмы рожей не вышла. Мы же с тобой договорились: я уезжаю в Россию, а ты вызывай свою долбанную полицию. — В этот момент мое сердце ухнуло куда-то вниз, и я увидела, как Толино лицо исказилось в недоброй ухмылке.

— В тюрьму сажают не за рожу, а за поступки. Потому что за свои поступки надо отвечать. Значит, ты в аэропорт собралась?

— В аэропорт.

— Пешком?

— Пешком.

— С чемоданом?

— Своя ноша не тянет.

Как только я взяла чемодан в руки, Толя начал на меня наступать, безжалостно сокращая между нами пространство. Я пыталась отступать вместе с чемоданом, стараясь сохранить между нами хоть какую-то дистанцию, но Анатолий даже не думал останавливаться. Он наступал на меня до тех пор, пока я не очутилась около самой стены.

— В чем дело? — истерически взвизгнула я. — Ты не пустишь меня в аэропорт? Ты хочешь сдать меня полиции?

Я молча смотрела на Анатолия, а сердце у меня в груди так и колотилось.

— Почему ты не отвечаешь на мой вопрос? — спросила я дрожащим от гнева голосом.

— Потому, что ты хочешь бежать и оставить меня с двумя трупами.

— Но ведь с тобой будет Лена.

— Эта Лена мне никто, ничто и звать никак.

— А мне показалось, что между вами что-то есть.

— В том-то и дело, что тебе показалось. Возможно, это глупая, бабская ревность.

— Ерунда. Я вообще ревновать не умею.

— А мне кажется, что наоборот.

— Так ты дашь мне пройти?

— Нет.

— Почему?

— Потому что даже если ты сейчас улетишь, то сюда в любом случае приедет полиция. Она свяжется с российской милицией, и ты в любом случае попадешь за решетку. Тебя ничего не спасет, даже твое бегство. Тебя все равно ждет тюрьма.

— Я отсижусь на даче у своих друзей.

— Но ты не можешь сидеть у них всю свою жизнь.

— Знаешь, Толя, давай с эти закончим, и я сама разберусь со своими проблемами.

— А ты уверена, что ты сможешь?

— Уверена. Я уже привыкла все делать сама. Понимаешь, привыкла?!

— А как же я?

— А ты при чем?

— Я бы хотел тебе помочь.

— Помочь?! Надо же, а я и не рассчитывала на твою помощь. Мне казалось, что ты не помогаешь душевнобольным женщинам. Ведь ты меня считаешь именно такой?

— Совсем не важно, кем я тебя считаю. Важно, что я хочу тебе помочь.

— Никогда бы не подумала, что ты можешь протянуть руку помощи.

— Я хочу тебе помочь. И тебе и себе тоже.