Запасная дочь

И хотя ему до сих пор сложно принять гибель родителей, но теперь он понимает, что в его несчастье Ассорбитор виноват только опосредованно. А настоящие преступники те, кто зачем-то скрыл от одарённых правду и превратил полимагов в изгоев.

Но ему, Ренарду, кажется, и тут повезло — его паре не страшны поглотители, она сама одна из них. К тому же Даниэль носитель Жизни, и может любого вернуть из-за грани.

Осталась небольшая «мелочь» — добиться взаимности… Пустяк, если бы речь шла об обычной тьере, и почти неразрешимая задача применительно к его девочке."

"С самой первой встречи Ренард наблюдал за девушкой, постепенно теряя голову от её необычности и уникальности. Начиная с золота волос, и заканчивая удивительным, настоящим, таким естественным поведением. Дани не прятала эмоции, искренне радуясь или негодуя, била наотмашь ненаигранной женственностью и поразительной крепостью духа. Несгибаемой силой воли и нежной слабостью, дробящей камни.

В воспоминаниях графа де Верлари, его сестры и других фигурантов, знакомых с тьерой до совершения ею преступления, девушка с ними вела себя иначе, и это необъяснимым образом его раздражало. Только с Инквизитором она держалась отстранённо и насторожённо, будто бы всё время ждала от него подвоха.

Ну и что, что Ренард является карающей дланью королевства? Разве он давал ей повод ему не доверять?!

Мужчину злила отчуждённость тьеры, бесило, что она смотрит на него, как на врага. Он внутренне леденел от её холодности, мечтая, чтобы девушка шла на контакт с ним не вынужденно, а по велению души и сердца.

Герцог на мгновение прикрыл глаза.

И…

— Благодарю, я сыта! — Даниэль отложила приборы и выжидательно посмотрела на его светлость. — Вы хотели со мной поговорить, милорд?

— Ты хотел со мной поговорить, Алан, — Инквизитор повторил её слова, немного их переиначив. — Пожалуйста, обращайся ко мне по имени и на ты. Перейдём в диванную или останемся здесь?

— Лучше здесь, — Дани стиснула салфетку, но глаз не отвела. — Мне сложно говорить вам… тебе — ты. И по имени. Ведь мы не родственники!

Ей страшно, но она держится. Храбрая маленькая девочка!

Его! Почти…

— Мы муж и жена, а обращаться к супругу на вы не совсем уместно, — ну вот, он это сказал!

Глаза Даниэль расширились, и пару мгновений Ренарду казалось, что сейчас последует взрыв эмоций.

Но тьера снова его удивила.

— Вот как? Наверное, у меня частичная потеря памяти, потому что как ни стараюсь, не могу припомнить ни вашего предложения руки и сердца, ни своего согласия, ни сам обряд. Про праздничное торжество и упоминать нечего — потеря памяти не передаётся, как поветрие.