Запах соли, крики птиц

Он лишь надеялся, что они когда-нибудь опять сумеют достичь той дружбы, на которой в былые времена строился их брак.

Его мысли перенеслись к Эрике. До ее свадьбы оставалось всего два дня. Это в каком-то смысле тоже получалось удачно — она начинает новую жизнь одновременно с тем, как он предпринимает решительный шаг. Дан искренне радовался за нее. С тех пор как они существовали вместе, прошло так много времени — тогда они были молодыми, совсем другими людьми. Но дружба выдержала испытание годами, и он всегда желал ей именно этого — детей, мужа, венчания в церкви, о котором, как он знал, она всегда мечтала, хоть и не признавалась. И Патрик ей прекрасно подходит. Земля и воздух. Именно так он их себе представлял. Патрик твердо стоит на земле, стабилен, разумен, спокоен. А Эрика — мечтательница, вечно витает в облаках, но вместе с тем обладает мужеством и умом, не позволяющими ей воспарить слишком высоко. Они действительно подходят друг другу.

И Анна. В последнее время он много думал о ней — о младшей из двух сестер, которую Эрика всегда опекала и считала слабой и слишком мечтательной, в то время как себя — практичной. Смешно просто. В последние недели, за которые он успел хорошо узнать Анну, Дан все отчетливее понимал, что на самом деле все обстоит строго наоборот. Практичной, умеющей трезво оценивать действительность из них двух была Анна — если и не изначально, то, во всяком случае, годы, проведенные с Лукасом, сделали ее такой. Дан пришел к выводу, что Анна просто не хочет лишать Эрику иллюзий. Возможно, она осознает потребность той ощущать себя человеком, за все отвечающим и неустанно заботящимся о младшей сестре. В каком-то смысле так оно и есть, но в то же время она часто недооценивает Анну и продолжает считать ее за ребенка, как это свойственно родителям.

Дан встал, отыскал телефон и справочник. Настало время начинать поиски квартиры.

В отделении полиции царила тягостная и удрученная атмосфера. Патрик созвал коллег на совещание в кабинет начальника. Все сидели молча, уставившись в пол, не в силах понять, осознать непостижимое. Патрик с Мартином заранее перетащили в кабинет телевизор и видеоплеер. Как только Мартину обо всем сообщили, он сразу понял, что ускользнуло от него, когда он просматривал видеозапись последнего вечера Лиллемур.

— Прежде чем что-либо предпринять, нам надо во всем разобраться, шаг за шагом, — сказал Патрик, наконец нарушив молчание. — Нельзя допустить ни малейшей ошибки, — добавил он, и все согласно закивали. — Первый звонок прозвучал, когда из списка владельцев собак исчезло одно имя. Когда Йоста составлял список и Анника потом соединяла имена с адресами, там значилось сто шестьдесят фамилий. Когда же список попал ко мне, их оказалось только сто пятьдесят девять.