Запад-81 (СИ)

А мой штаб остановился в хуторе Юзефово, всего-то в паре сотен метров от её окраины. Стою и вспоминаю стихотворенье Твардовского, которое, возможно, и тут будет написано в 1942 году.

Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку,

И только не могу себе простить:

Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку,

Но как зовут, забыл его спросить.

Лет десяти-двенадцати. Бедовый,

Из тех, что главарями у детей,

Из тех, что в городишках прифронтовых

Встречают нас как дорогих гостей.

Машину обступают на стоянках,

Таскать им воду вёдрами — не труд,

Приносят мыло с полотенцем к танку

И сливы недозрелые суют…

Шёл бой за улицу. Огонь врага был страшен,

Мы прорывались к площади вперёд.

А он гвоздит — не выглянуть из башен, —

И чёрт его поймёт, откуда бьёт.

Тут угадай-ка, за каким домишкой

Он примостился: столько всяких дыр.

И вдруг к машине подбежал парнишка:

— Товарищ командир, товарищ командир!

Я знаю, где их пушка. Я разведал…

Я подползал, они вон там, в саду…

— Да где же, где?.. — А дайте я поеду

На танке с вами. Прямо приведу.

Что ж, бой не ждёт. — Влезай сюда, дружище! —

И вот мы катим к месту вчетвером.

Стоит парнишка — мины, пули свищут,

И только рубашонка пузырём.

Подъехали. — Вот здесь. — И с разворота

Заходим в тыл и полный газ даём.

И эту пушку, заодно с расчётом,

Мы вмяли в рыхлый, жирный чернозём.

Я вытер пот. Душила гарь и копоть:

От дома к дому шёл большой пожар.

И, помню, я сказал: — Спасибо, хлопец! —

И руку, как товарищу, пожал…

Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку,

И только не могу себе простить:

Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку,

Но как зовут, забыл его спросить.

Познакомившись с обстановкой в Шарковщине, я понял, что наш контрудар больше смахивает на авантюру, чем на реальную операцию. 100-ю дивизию оттеснили от села на юг, и она зацепились за речку Берёзовка и какой-то заболоченный ручеёк на окраине Радюков, её левый приток. Атаковать прямо на север — значит, прорываться через немецкую подготовленную оборону, и любой танк, любая БМД, подбитая на мостике через какой-то сраный ручей, застопорят движение всей бригады. Но даже если такого не случится, а немецкая ПТО не нанесёт нам существенного ущерба, после этого придётся брать мост в самой Шарковщине и вести уличные бои. В которых танки и особенно самоходки становятся очень уязвимыми. Ведь цель контрудара находится на северном берегу Дисны. В общем, как в анекдоте про космонавтов, которым, в ответ на американский полёт на Луну, приказали лететь на Солнце.

Правда, «Политбюро», поставившее нам такую задачу, действительно оказалось не дурнее нас. Не потому, что уточнило «ночью полетите», а решило обернуть немецкую хитрость против них же самих.