Заноза для мажора

— Ты б не увлекалась, — Денис с подозрением наблюдает, как в ход идет третья порция.

— Какие-то претензии? — ничего не знаю. Во-первых, это Кристал Брют. Во вторых, у меня нервы.

— Да не, не. Пей. Всегда хотел узнать, какая ты пьяненькая.

— Злобная и раздражительная.

— Так это твое обычное состояние.

— Именно, — отрезаю я, поднося к губам прохладное стекло фужера, но так и не отпиваю. — Твою…

— Что такое?

— Папаша тоже тут. Со своей малявкой, — Волков следит за моим взглядом, находя в толпе крупного мужчину с намечающимся брюшком. Возраст сразу выдает бородка и шевелюра уже тронутая благородной сединой. Но это нисколько не мешает хрупкой миниатюрной брюнетке с физиономией школьницы-переростка довольно вышагивать с ним под ручку.

— А она ниче так, — хмыкает Денис, за что получает от меня пинок. — Но ты лучше, не надо драться.

— Я надеялась, они не захотят пересекаться, — шампусик все же отправляется в дальнее путешествие по желудку, пока я наблюдаю как милейше здороваются родители, целуясь в щечки теплее верных друзей. А когда старая жена с новой пассией обнимаются и вовсе чувствую рвотные позывы. — Нет, простите, не могу. Я отказываюсь присутствовать на этом балу лецимерия.

— Стой, стой, — Волков ловит меня за запястье, забирая пустой бокал. — Погоди. Да и черт с ними. Пускай сюсюкаются. Здесь две сотни гостей, халявная выпивка и черная икра. Давай просто забьем на всех и расслабимся. Тебе это сейчас как никогда нужно.

— И как можно расслабиться, если эти… — точно вытошнит. Папаша так сладко любезничает с Альбертом, что устрица уже рвется обратно. Я, конечно, не рассказывала отцу про домогательства озабоченного альфонса, не в тех мы с ним отношениях, но от этого весь этот дешевый спектакль становится не менее отвратительным.

— Так, на меня смотри, — мое лицо обхватывают ладонями и насильно разворачивают к себе, заставляя встретиться с озорно тлеющими зелеными угольками. — На меня, говорю. Забей. Просто забей и выдохни. У тебя есть я. Чего мы, вдвоем что ль не справимся? А ну пошли.

— Куда?

— Гулять. Благо есть где развернуться. Идем, идем, — не сопротивляюсь, когда меня утаскивают из зала исключительно потому что сама не желаю здесь находиться. Тырю по пути еще шампулика и мы ныряем в широкие пустынные коридоры, украшенные картинами в тяжелых рамах."

"Волкову законы не писаны, он прет напролом даже туда, где заперто. Причем если через дверь не получается пройти, не сдается, вылезая через окно и, что смешнее всего, вынуждая меня делать тоже самое. Ну да, в моем-то платье только через рамы переползать.

Наверное, целый час мы вот так бродим по усадьбе, заглядывая даже в те дальние уголки, куда и во время экскурсий вход запрещен.