Доктор. Заново

Не понравится — переедем, мы всё равно на колёсах. — Соглашается Лена.

Приезжаем к двухэтажному отдельно стоящему зданию пятьдесят на пятьдесят метров. Оплатив за всех за вход, сразу «попадаю» на половину дневного заработка. Настроение начинает не то чтобы портиться (мне для Лены с Аселей не жалко) а скорее протестовать против такой нерациональной траты ресурса.

Администратор от входа лично провожает нас на второй этаж, где музыка гремит так, что вибрируют даже стены. Мне некомфортно, но сказать об этом тоже не могу — чтоб не портить настроение остальным. Я уже заметил, что Лена болезненно воспринимает, когда мне нехорошо.

Пока я осматриваюсь — я впервые в таком месте — девочки занимают один из столов, отделённый круглым барьером из сплошных кресел, и машут мне рукой. Трясу пальцем в ухе, не чувствую облегчения и направляюсь к ним.

И что они находят в таких местах?

Асель подвигает мне меню со словами:

— Я дома плотно поужинала. — Причём кричит это изо всех сил, чтоб я на противоположной стороне стола её услышал.

В меню очень неплохой выбор блюд, а о ценах я стараюсь не думать, чтоб не впадать в депрессию.

Официант, принимая заказ, наклоняется к самым нашим ртам, но здесь это бесполезно. В итоге, молча натыкиваем наш заказ пальцем по меню.

— Ленка, а как нам тут с тобой разговаривать?! — ору ей в ухо, наклонившись к ней вплотную.

— А никак! Тут только танцевать, бухать и жрать! — кричит она в ответ точно так же.

Асель, не дожидаясь заказа, кладёт сумочку на свою половину кресел, тыкает пальцем в неё, потом мне в грудь и исчезает в мешанине тел на танцполе. Лена снова наклоняется над моим ухом:

— Я тоже! — И исчезает вслед за ней.

Наш заказ начинают подавать буквально через три минуты, я впечатляюсь скоростью работы кухни.

Минут через десять я за столом всё ещё один. Вначале съедаю то, что заказал сам. Хм, фасоль я бы приготовил иначе, но так тоже вкусно. Потом пробую то, что заказала Лена. Ничего особенного — салат как салат. И мясо как мясо. К тому же, оно уже остывает. Блин. Как она будет есть холодное.

Следующие пятнадцать минут я пью какой-то вкусный вьетнамский (судя по заказу) чай с какими-то травами и мёдом, а потом, так никого и не дождавшись, плюю на условности, достаю свой телефон, нахожу в интернете анатомический атлас и погружаюсь в его чтение.

От чтения меня отвлекают взмыленные, тяжело дышащие девочки, которые падают за стол, как мокрые мешки на асфальт. Видимо, бог всё таки есть, потому что музыка становится потише и становится можно разговаривать.

— О, моя еда! — кидается уничтожать содержимое своей тарелки Лена.

— О, чай остыл! — наваливается на чайник с остатками вьетнамского чая Асель.