Доктор. Заново

Нас ты ни капли не стеснишь, более того, я там даже не подозревала про эту вторую жилплощадь до этого момента. Если мы с тобой — родные люди, ты должна воспринимать всерьёз и моих родных людей?

— О-о-о. Опять эти психологические манипуляции, — кажется, оттаивает Асель. Поскольку перестаёт депрессировать и о чем-то задумывается.

— Нет. Просто логика, — отсекает Лена. — Жду ответ.

— Ну вот и воспринимай. Мелкий — тоже мой родной человек. Теперь. — И далее — обращаясь ко мне. — Мелкий, Асель — мой второй родной человек, нууу, не считая родителей, но о родне не будем. Живём ведь вместе мы, а не родня. Так, родня моя! Оба! Итожу: после смены едем к нам с Мелким — двигаем этот шкаф, наводим порядок и заселяем Аселю.

— Там и свой независимый выход есть, — говорю. — На ту же лестничную площадку. Получается, там только кухни нет. Но кухня есть у нас, в общем, разберёмся.

— Мда… Какая-то казахская семья получается… — бормочет Асель, но уже без трагизма в голосе.

— Это как? — неподдельно интересуюсь.

— НУ у нас же помногу детей в семьях. Например, у моей бабушки по маме — пятеро братьев и сестёр. У дедушки — четверо. У мамы и папы — по трое братьев и сестёр. И так далее. Когда мы все вместе собираемся, это сто двадцать человек только до троюродных. К моим родителям, например, запросто может приехать внук сестры бабушки — поступать в институт. Конечно, никакого общежития, живёт только у нас. Если он срежется — слава Аллаху. Но если он поступит — он все пять лет живёт с нами в доме. Другой вариант даже не рассматривается, просто общество не поймёт.

— А если он на третьем курсе женится? — мне становится ещё интереснее, чем вначале.

Лена в этом моменте разговора начинает истерически ржать: видимо, напряжение после смены плюс она уже знает что-то, чего не знаю я.

— В идеале, должен искать себе жилье. И как кормить. Но часто — приводит жену прямо сюда. Например, со мной мой троюродный брат так два года и жил с женой.

— Теперь я понимаю, почему так ржёт Лена… — бормочу.

— Да, рассказывать тут — мне и самой смешно, — улыбается Асель. — Но попробуй так поживи. Ну, в общем, вот я к вам сейчас рулю как типичная казашка. В типичной большой казахской семье.

— Хе-хе, не парься. Будешь мне помогать моих детей нянчить, — веселится Лена и напряжение остаётся позади.

Далее девочки сдают смену, я их терпеливо жду. В конце концов, мы все грузимся в Ленину машину и едем в её дом — забирать вещи Асели.

По пути к Лене домой до меня доходит, какой вопрос с момента последнего разговора не давал мне покоя:

— Лен, если мы сейчас к тебе, мне нужно заскочить в магазин.

— Нафига? — привычно подрезая кого-то, ещё сильнее нажимает на газ Лена.

Асель, что характерно, на заднем сидении продолжает что-то набирать на своём ноуте.