Замужем за Черным Властелином, или Божественные каникулы

Задумчивость сопровождалась пробежками по периметру Парфенона, отмахиванием от вескрылов с парфенушками, почесыванием всех заметно выступающих частей мужского тела и кучей других телодвижений.

— Эврика! — на очередном повороте заорал божок.

Я чуть заикой не осталась.

— Кто утоп? — Пока он бегал, я успела задремать и сейчас трясла головой, пытаясь проснуться.

— Я могу горгулам что-то подарить, и они подобреют, — поделился со мной умной мыслью Форсет.

— Н-да?! — недоверчиво хмыкнула я. — Думаешь, поможет?

— Попробовать-то можно, — убежденно ответил бог. — Ну что?

— Дари! — махнула я кадуцеем. Подумала: каждому горгулу нужно подарить кастрюлю с рогами, а каждой горгулье — скалку и инструкцию по обращению с мужем. Это их займет надо-олго.

Ей-богу, хотела бы я посмотреть на эту семейную психотерапию! Чтоб это шоу хоть раз увидеть, и ста долларов не жалко!

Форсет потряс пухлыми ручками, поскакал на месте и сообщил:

— Замечательно! — порадовалась я за горгулов и подумала, как все это отразится на Кондраде и Денисе. — А что подарил?

— Вот. — Божок протянул мне чашечные весы.

Я покрутила в руках миниатюрное пособие по справедливости, пропиталась ею с головы до ног и резонно заметила:

— И как ЭТО отразится на горгулах?

— Все очень просто, — забегал вокруг меня толстячок. — Утром горгулы просыпаются — и бац! — у них есть весы справедливости!

— Э-э-э… А они их хотя бы заметят? — влезла я со своей ремаркой.

Бог замер. Подумал и признался:

— Могут и не заметить. — Еще подумал, помахал руками и удовлетворенно кивнул: — Теперь точно заметят.

— Посмотрим, — пробормотала я, зевая.

— Могу я удалиться на заслуженный отдых? — чопорно поинтересовался Форсет. Возбухнул: — Все же в мои обязанности не входит четырнадцатичасовой рабочий день! А я тут уже пять минут как перерабатываю.

— Щас расплачусь от умиления и выдам тебе премию… записями хорового пения в моем исполнении, — парировала я.

— Не надо! — категорически открестился бог от моего поощрения. Вяло почесал опорную точку и поправил простыню, то есть тогу. — Я просто так сказал! Готов расстараться и перерабатывать на голом энтузиазме!

— Молодец! — похвалила его я. — Удаляйся, но если что… Я зна-аю, как тебя найти! Так что без глупостей! — и продемонстрировала кадуцей.

— Всем спокойной ночи! — скривился Форсет и исчез.

— Ну и куда мне ложиться спать? — спросила я больше теоретически, нежели ожидая ответа.

— Сейчас! — активизировались парфенушки. — Мы поможем! Мы сделаем!

От их «сделаем» мне стало дурно. Меня они запихали в войлочное безобразие. Права в нем качать хорошо, но жарковато.