Замужем за Черным Властелином, или Божественные каникулы

 — Только самые масштабные!

Они уже входили в ворота, когда я начал спускаться, чтобы поздороваться со своей семьей и успеть сказать папе, брату и сестре, как я рад их видеть. Арианэ добровольно согласилась мне помогать, подставляя плечо. Сил не оставалось совсем. Я даже сомневался в своей способности спуститься, полз на упрямстве и силе воли.

— Братишка! — заорал Егор, кидаясь ко мне. — Что-то ты похудел!

— Это от нервов, — брякнул я первое, что пришло в голову.

— Нервы нужно лечить любовью! — авторитетно заявил Гор. — Сейчас покажу — как! — и, выдернув русалку, приник к ее устам в поцелуе.

— СТОЙ! — взревел я, наблюдая в бессилии, как Егор склоняется к арианэ с поцелуем. Рванул к нему, чтобы безнадежно опоздать.

— Не-э-эт! — рядом так же безнадежно кричала Илона.

— …!!! — высказался серый, еле стоящий на ногах Денис. — Мне терять нечего, я ее теперь точно пришибу!

— А брата?! — спросил я, остужая чужую злость и подогревая свою.

— Да что такое? — нахмурился тесть. — Он целует чью-то девушку?

Вокруг русалки и Егора начало разгораться еле заметное голубоватое свечение. Стали проскальзывать маленькие радуги, которые слились в одну большую, протянувшуюся над всеми из края в край. Голубое стало алым. Ало-золотой купол отделил пару ото всех упругой полупрозрачной скорлупой.

Грянул гром. Сильный ветер со свистом пронесся над нашими головами, поднимая рябь во рву и срывая листья с деревьев. Минул порыв холодного ветра — и все затихло. Алое-золотое сияние исчезло, купол поголубел и растворился в синеве неба. А влюбленные все целовались.

— О-о-о, вот это засос! — соскочил с одного из прозрачных чудиков бесстыжий Тарас, подобравшийся к нашей компании незамеченным. — И тут нашел, как свежий драйвер закачать!

— Мальчики, — с приземлившегося дракона свесилась Ирина Александровна. — Неприлично так пялиться на целующихся людей. — Тут же уточнила: — А он точно ни у кого девушку не увел?

— Да! — рявкнул я, протягивая руки теще для помощи. Но меня опередил Гаврила Семенович, принимая в крепкие объятия свою вторую половину.

— Нет! — одновременно пискнул Денис, отмирая от состояния соляного столба и возвращая свои глаза с прогулки. Хватит, подышали — и домой!

За сегодня я думал — мое сердце остановится трижды. Первый раз — когда я увидел живую Илону, которая возникла посреди провала в центре битвы, словно сказочная райская птица, восставшая из пепла. Второй — когда мчался к ней на помощь, отчаянно боясь не успеть. А третий — когда второй брат Илоны, Егор, сам, добровольно поцеловал арианэ.

У меня в голове не укладывалось! И тут два варианта: либо не было места, куда уложить, либо, что скорее всего вероятно, места было с избытком и сознание никак не могло определиться, в какой из углов это запихать.