Замужем за Черным Властелином, или Божественные каникулы

Молитва шла на древнеургенском, я ничего не понял, но, судя по всему, там было что-то берущее за душу. Многие из увиденных мной солдат даже прослезились. Девчата не плакали, но притихли, как нахохлившиеся воробушки.

Кондрад дал знак мне приблизиться. Тихо проговорил:

— Мой план таков — капкуэны, следуя за двумя отрядами, должны разделиться. Одна часть пойдет за Тукаринусом, вторая — за Руримом, а третья, средняя, пойдет на столицу Лайе. Если по какой-либо причине этого не произойдет, на нас обрушится основной удар противника. Количество капкуэнов — треть или все — заметно будет сразу. Если их будет слишком много, нас смоет, как игрушечную плотину, поэтому по моему знаку ты берешь лошадь и скачешь в Дорсет к Иалоне.

В глубоком молчании мы стояли и ждали. Солнце встало. Вдали появилась непонятная дымка, которая постепенно приняла вид огромной тучи, ползущей по земле. Кондрад всматривался недолго:

— Денис, на стены крепости! — Его губы искривила недобрая улыбка. — Капкуэны пришли в гости в полном составе! Будут песни и пляски.

Я почему-то вспомнил Илону:

— Денис, я повторять не буду!

Я потащился в безопасность, слабый и злой.

Поднявшись наверх, стал активно наблюдать за началом сражения. Активно — это значит установил арбалет и приготовился стрелять. Стрелок, конечно, из меня аховый, но в своих постараюсь не попадать. Зато чужие идут настолько плотно, хоть кого-нибудь да выцелишь!

Шутки в стане союзных войск смолкли. Все подобрались, готовясь к бою.

Первыми в дело вступили горгулы. Они в узком месте обстреляли вражеские войска огромными валунами, калеча в плотной толпе множество капкуэнов. Впрочем, тем это было — как слону дробинка. Еще бы, при таком-то количестве!

Горгулы пошли на второй заход, а в дело вступили эмиренские лучники с длинными тяжеловесными луками. Отравленные стрелы прошивали капкуэнов насквозь, а яд не давал им возможности регенерировать.

Мы довольно долго подбирали подходящий состав, потому что капкуэны, зар-разы, на редкость устойчивы ко всякой дряни, просто так их не ранишь и не отравишь. Обычные стрелы они выдергивают, как спички, и уже через минут десять-пятнадцать на них все раны заживают, как и не было.

А лучники уже выстреляли свой боезапас. Отошли за ворота и поднялись ко мне на стены. В дело выдвинулись арбалетчики, которые оставались на следующей линии обороны.

Валы черных туш остались лежать на нейтральной полосе, но неумолимое шествие не остановилось.

Арбалетчиков тоже надолго не хватило, и они убрались наверх, перезаряжаться. Линия за линией, лучники и арбалетчики поочередно отстреливались и отходили назад, сменяя друг друга.

Наверху, на стенах крепости Лайе, горели костры под котлами со смолой.