Замуж за варвара, или Монашка на выданье

Да, сейчас мне было стыдно. Вспомнились слова матери настоятельницы о том, что иногда мы совершаем странные поступки, совершенно не думая об их последствиях, но в будущем за все приходится платить… И особенно мучительно нести ответ за свое же недостойное поведение. Раньше мне не приходилось выходить из себя и отступать от этикета, поэтому я не очень понимала, о чем именно толковала старая женщина. Теперь же, уловив подлинный смысл ее изречений, я погладила брачный рисунок и дала себе нерушимый зарок: что бы ни случилось в семейной жизни, стараться думать прежде, чем действовать. Очень стараться! Ну а там как получится.

Очутившись в таких знакомых с детства покоях, я остановилась на пороге гостиной и осмотрелась. Что забрать с собой? С одной стороны, не хотелось везти ничего лишнего, чтобы забыть прошлую жизнь и начать новую, с чистого листа. С другой… Как начать новую жизнь без приятных сердцу мелочей?

Кивнув озадаченному Тогу на диван, я достала из резного шкафа пару плотных пододеяльников. Используя их вместо мешков, стала собираться в дорогу.

«Ничего лишнего, – повторила я себе под нос. – Только самое необходимое».

Гобелены, вытканные еще моей матушкой, новое постельное белье – шесть комплектов, серебряные канделябры, три пуховые подушки, несколько шерстяных одеял, шелковая материя и парочка расшитых золотыми нитями скатертей уместились в мои импровизированные сумки без проблем. Аккуратно и сноровисто переложила часть одежды и обуви в большой отцовский саквояж, выданный для переезда из монастыря в этот дом. Ничего, с него не убудет!

Фамильные украшения нашлись в сейфе, благо отец, не жалуя замысловатых комбинаций, сменил код с собственной даты рождения на дату рождения тетушки Сильвы. Быстро разгадав новые цифры, с удивлением обнаружила лишь несколько золотых брошек и мамин гранатовый браслет. Видимо, отец все-таки побоялся оставить все драгоценности в моих покоях. Расстроившись, взяла их на память. Неизвестно, принято ли у северян дарить женам украшения, а так хоть какое-то наследство моим детям.

Набегавшись и почувствовав острую боль внизу живота, вспомнила о лекарстве, преподнесенном супругом. Извинившись перед Тогом, убежала в спальню. Прикрыв двери и раздевшись, встала в приготовленную Кайлой лохань с горячей водой и смыла напоминания о потере невинности. Надев чистое белье и свежее платье, выпила настойку из корня миридора, после чего с облегчением вздохнула.

Все это время Тог безропотно сидел на диване и хмурым, полным неодобрения взглядом следил за большой стрелкой на напольных часах. Молчал. На миг я даже подумала, что вот он – идеальный мужчина: сильный, смелый, терпеливый.