Замуж. За сводного!

Садится на кровать рядом. Берет мою руку в свои. Сжав, легонько прикасается губами.

Катерина гладит мои пальцы. Прихлопывает полной ладошкой по моей узкой тонкой руке.

– Ничего… Справимся. Сейчас тебя на ноги поставим и уедем в Питер. Мне там в клинике место предлагают.

– Тоже зав. отделением?

– Нет, главным врачом, – весело сообщает Катя. – Нам с тобой хватит. А там все само собой устроится. Встретишь нормального человека, замуж тебя выдам…

– Я сейчас никого не хочу. Просто не понимаю ничего. Мне бы с Тимуром разобраться. Услышать именно от него… Понять почему так?

– Что, Люба? Что? – вскидывается сестра. – Ты думаешь, он сейчас тебе повторит то же самое, что сказал его помощник? У них не вышло ничего. Вот и пойдут на попятную. Марата сейчас сделают крайним. Убедят тебя во вселенской любви. А там дело техники. Ты поверишь и дашь себя облапошить…

– Зачем? – печально смотрю на сестру. – Я ведь ничего у него не просила. Знала, что не имею права.

– Зна-ала, – передразнивает сестра. – Ты слишком легко ему досталась. Вот и вытирает ноги. Обычное дело. Да не пойдет богатый человек против своих. Он в первую очередь считает бабки. И никогда не откажется от дополнительного дохода. Знаешь, я их сколько здесь перевидала! За копейку удушатся. С санитарок спрашивают, как с собственной прислуги, а сами даже шоколадку им не подарят. Гадская порода. А Манучаровы тем более. Их никогда ничего не останавливало. Моральные уроды! Мама из-за Альбины умерла…

– Да, – киваю я, соглашаясь с каждым доводом сестры. Но сердце бьется, как заведенное.

«Ты же знаешь Тимура! Он не мог!»

– Я всегда думаю, как сложилась бы наша жизнь, не встреться отцу Круэлла…"

"– Он бы все равно ушел, – устало морщится Катя. – Нашел бы себе похожую мадам с богатством и свалил бы. Но в тот момент все произошло слишком неожиданно. Вот мама и не выдержала.

Киваю, принимая правоту сестры. Родители никогда не ссорились. Просто идеальный брак!

Вспоминаю, как внезапно уходит из дома отец и оседает на пол мать. И не может подняться.

– Сколько они тогда прожили? Лет пятнадцать? – словно читает мои мысли Катя. – А ушел – как будто так и надо… Ладно, не будем об этом. Тебе сейчас негатив не нужен. Думай о себе, о ребенке. Поспи, почитай…

– Не могу, Кать, – шепчу, всхлипывая. – Мне бы с Тимуром увидеться. Поговорить. Придет Милана, попрошу ее.

– Без толку все это, систер. Ну, придет он. Только расстроит тебя. Не люблю я эту семейку. Лживые ничтожные люди.

– Наверное, ты права, – вздыхаю тяжело. – Но я не могу о нем не думать… Ничего другое не лезет в голову.

– Это поправимо, – недовольно цедит сестра. – Скоро обед. Поешь и поспи. Привыкай отдыхать в тихий час. Обещай мне, что будешь заботиться о себе, а не думать об этом гаде! – произносит отрывисто.