Замуж за незнакомца

Мы всё продумали, только Алиева не учли, а Алиев не учёл, что даже в случае моей смерти по документам Тине не достанется ничего из того, что принадлежало её отцу, а тем более мне.

– Всем спасибо, все свободны, – говорит Архипов, а лёгкая дрожь в голосе выдаёт усталость.

Архипов откидывается на подушку, юристы уходят, а я подхожу к окну – любоваться проливным дождём.

– Вот, пахал всю жизнь, как лошадь, ради чего? С собой ничего не утащишь, и только сейчас понимаешь, какое это всё суетное дерьмо.

– Почему вы никогда не баловали Тину?

– Ты помнишь дочь Карелина? Она старше тебя, но должен знать.

– О-о-о, такое разве забудешь?

– Ты помнишь, как она закончила? Карелин её очень баловал, неприлично. А она скололась и все его бабки промотала, наследство спустила за год. Так под забором и сдохла, непутёвая. Я не хотел, чтобы Тина стала хоть немного похожей на такую вот пустую девицу. Своей дочери я дал невод. У неё хорошее образование, она умная, осторожная, воспитанная. Я вырастил хорошего ребёнка.

В его голосе появляется нежность, а я думаю, что он и правда, вырастил хорошего ребёнка.

– Всем бы такую дочь, – я искренен в своих словах. Тина мне слишком нравится, чтобы лгать её отцу.

Меня как-то вдруг утягивает с головой в тот день, когда умирал отец. Воспоминания такие свежие, будто всё случилось только вчера, и сейчас, когда оказался в палате Архипова, ощущаю это слишком остро.

Жаль ли мне Архипова? Нет, потому что действительно у каждого свой срок, рано или поздно свечка догорает. Но мне жаль Тину, в которую я так быстро и безвозвратно вляпался.

Я всё ещё не знаю, что такое любовь. Да и слов в лексиконе нет подходящих, чтобы о высоких материях рассуждать. Но я точно знаю, что мне нужна Тина. Рядом со мной.

– Кирилл, – требовательно зовёт Архипов, а я смахиваю с лица невидимую тень и оборачиваюсь к тестю. – Когда вы с Тиной разведётесь, приглядывай за ней, хорошо? Пусть у неё будет один надёжный друг. А то от её подружки со сломанной башкой никакого толку, одни мучения и выкачка бабок. Всё, сдурела девка, окончательно и бесповоротно, не поможешь ей. Так нет, моя добрая дочь возложила на себя миссию и лечит, лечит, без последних штанов скоро останется.

Я непонимающе смотрю на Архипова, а он поджимает губы и хмурится.

– Вот сроду болтуном не был, а тут что-то пошло не так, – вздыхает, а в палату входит медсестра и меняет капельницу, не проронив ни слова.

Молчим и мы, а я думаю, что слишком многого ещё не знаю о своей жене.

– Так что там за подружка?

Архипов в рот воды набрал, но я и так всё выясню. Просто раньше не знал, в какую сторону копать, чтобы до секретов Тины добраться.

Архипов устало прикрывает глаза – вымотался, совсем сил не осталось. Вскоре засыпает, и хмурое бледное лицо расслабляется. Мне, пожалуй, пора уходить.