Замуж с осложнениями

Спускаюсь вниз к полю, где толпа начинает потихоньку отходить от шатра. Ноги у меня довольно деревянные.

Старейшина Унгуц сразу замечает мое далеко не радостное настроение и аж привстает.

— Что ты сделала?

— Я сделала ваш бормол по-настоящему первым в коллекции, — отвечаю легко.

Он опускается обратно на сиденье со вздохом.

— Ты знаешь… — произносит он после паузы. — Арават не такой уж плохой человек…

— Вы одобряете, что он отрекся от Азамата? — рявкаю я. Мало мне сегодня было разочарований в людях!

— Нет, конечно, — пожимает Унгуц плечами. — И все же он сделал много хорошего в жизни.

— Ну так я его жизни и не лишаю, — выдавливаю со слезами в горле. — Просто подумала, будет символично, что именно я не в восторге от его решения.

— Лиза, — окликает меня подошедший Тирбиш. — Так это правда, что вы и есть та девочка, про которую…

Я коротко обнимаю его, потому что он такой хороший и наивный, потом вытираю слезы и иду к шатру ждать Азамата. Старейшина Унгуц бормочет мне в спину, что мой бутон начал раскрываться слишком быстро.

* * *Азамат выпадает из шатра раскрасневшийся, да еще в мамином свитере, от него пахнет фруктовым вином, а в руках корзина со всевозможными сластями. Он демонстрирует чудеса эквилибристики, умудряясь обнять меня и не просыпать сласти. Я, как всегда после стрессов, особенно липуча и отпускать его не собираюсь, только хом навешиваю обратно. Рядом с ним мне сразу становится намного легче, а то даже мелькала мысль где-то в глубине подсознания, что вдруг он мне станет меньше нравиться теперь, когда я соотнесла его лицо с воспоминанием о его отце. Но нет, слава богу, на том теплом восторженном чувстве, которое у меня появляется от его улыбки, выходки его папаши не сказались.

— Я слышал, как ты всех перекричала, — говорит он. — Спасибо тебе. Это такая редкость, чтобы женщина на играх активно за кого-то болела…

— Надеюсь, это не против приличий? — усмехаюсь. — А то с меня станется. Но ты и сам всех здорово на свою сторону перетянул, ишь как этого большого дядю сделал!

Азамат смеется в голос.

— Да они тут на планете расслабились, я смотрю. Я ведь далеко не все могу, что мог бы… то есть ты понимаешь. — Он немного путается в словах. Как же быстро на муданжцев спиртное действует, жуть. — С такими борцами куда нам джингошей скинуть, эх-х-х.

Мужики вокруг опускают головы, кто понимает на всеобщем.

— Азамат-ахмад, — окликает его подошедший Тирбиш, — а что бы вам не поучить нас, как на корабле бывало? После сегодняшнего-то, я думаю, найдутся желающие."

"Его предложение встречают дружным одобрительным гомоном, какой-то тучный мужик у меня за спиной предлагает одно из своих полей отвести под занятие, благо оно так хорошо укрыто между скал, что никто их там не увидит.