Замуж с осложнениями

— Кто тебя знает? — пожимает плечами Азамат. — Мысли тяжелые думала, наверное.

— Зато теперь голова абсолютно пустая, — пожимаю плечами. — Автопилот пьян, так что командуй, как мы живем дальше.

— Ну для начала я бы что-нибудь съел, — сообщает Азамат с таким аппетитом, что я немедленно заражаюсь идеей. А заодно вспоминаю про припасенную воду и выхлебываю полбутылки на радостях. Оказывается, у меня ужасно пересохло во рту.

— Веди, — говорю, — туда, где кормят!

— Еще бы я знал, где теперь кормят… — бормочет он растерянно. — За столько лет все могло десять раз поменяться…

На наше счастье из-за угла выруливает Тирбиш. Правда, он сразу засекает озабоченный вид Азамата и меня в слезах, и лицо его делается таким жалостливым, что аж сердце сжимается.

— Что… все? — неловко спрашивает он, подходя.

— Все отлично! — говорю с широченной улыбкой сквозь слезы. — Мы просто не можем решить, где лучше закатить пир горой в честь окончательного соединения прекрасных нас семейными узами!

Тирбиш по ходу моего монолога демонстрирует все больше зубов и под конец начинает напоминать акулу. Азамат похлопывает меня по спине.

— Лизонька, у тебя точно вода в этой твоей бутылке?

— Точно, — говорю, неуклюже протягивая ему бутылку. — На, проверь. Я вообще удивляюсь, что ты такой спокойный, можно подумать, твердо знал, что все так и выйдет!

— Твердо знал! — фыркает Азамат. — Да я до сих пор поверить не могу! Тем более мне прошлой ночью наснилось столько вариантов, как все случится, что я уже совсем не отличаю, где сон, где явь.

— Так пошли в «Щедрого хозяина», там быстро разбудят! — предлагает Тирбиш, махнув влево, где, видимо, и находится оное заведение."

"— Он еще стоит? — удивляется Азамат. — Я думал, после смерти старого Угуна «Хозяин» долго не проработает. — Он продолжает говорить, пока мы садимся в машину. — Его племянник ведь ни за что не хотел переезжать в Ахмадхот, а больше и родственников вроде бы не было живых.

— Не хотеть-то он не хотел, — говорит Тирбиш, выруливая с площади на одну из радиальных улиц, — да только старый Угун его не спросил. Устроил все так, чтобы трактир ни на день не закрывался, вы же помните, как он это умел.

Мы подъезжаем к особо глубокой луже, и Тирбиш форсирует ее, не снижая скорости. Фонтаны из-под колес, конечно, до небес, но нас даже не качнуло. Сашка бы за такую машину полцарства отдал, у него вокруг дачи дороги-то в межсезонье не лучше.

Нужный нам трактир оказывается совсем близко — оно и немудрено, Ахмадхот вообще небольшой город. Это тоже саманный дом, большой и круглый, насколько я могу судить, с маленькими окнами, подсвеченными красным и оранжевым, а над входом торчит уж очень толстый козырек.