Продана замуж

Стараюсь не смотреть в глаза этому страшному бандюгану. Они у него чёрные. Как ночь на кладбище. Внутри больших зрачков лава кипит и пенится. Ад самый настоящий.

Кто он такой?

Одет очень дорого. Одежда чёрная, брендовая. Из последней коллекции. Я прекрасно разбираюсь в топовых брендах.

Он брюнет. Модная стрижка. Модная щетина. В золоте весь. Кольца золотые на пальцах сверкают, а на шее — золотая цепь.

На мощной шее, прикрытой высоким воротником рубашки, виднеется какой-то рисунок. Что-то, напоминающее паутину.

Это что тату? В виде паутины? И, вроде бы, там ещё паук набит. Я лишь предполагаю. Мне его лапа видна.

От него приятно пахнет. Дорогим парфюмом. Редкий такой запах, притягивающий. С ноткой изысканных сигар. От этого необыкновенного микса голова сильно кружится. Запах тоже кажется мне тоже знакомым.

Самое жуткое в его внешности, не глаза, не щетина, не чёрная одежда… а шрам. Тянущийся от брови до начала скуловой кости.

— Знакомьтесь, — мама важно прочищает горло. — Это — София, моя дочь. Мой самый любимый и светлый цветочек, — она приобнимает меня за талию, ластится ко мне, смеясь, — самая младшая из всех дочерей.

Глаза незнакомца сверкнули голодным блеском. Он облизался. Обнажив идеально белые зубы. Как будто оскалился.

Сердце с силой ударилось о рёбра. В груди запекло от паники.

Что-то не нравится мне эта воскресная встречка. Нехорошее чувство прошлось по взвинченным нервам кнутом.

— Софа, — теперь мама повернула голову ко мне, — это — Карим Асадов. Очень и очень уважаемый человек. Он — наш бизнес партнёр.

— Пока еще нет, — ледяным голосом перебил амбал, нахмурив густые чёрные брови.

— Он — важная личность города, господин Карим баллотируется в мэры… — мама очень тихо шепнула мне в ухо, я покрылась мурашками ещё больше.

Ничего себе подробности…

— Ты должна ему понравиться! — добавила. Всё так же тихо, чтобы слышала только я.

Что?

К-как?

Понравится?

Зачем? Я ничего не понимаю!

— Мама, — собираюсь открыть рот, чтобы возмутиться, но меня опять как пустое место перебивают.

— Пусть ближе подойдёт, — хрипит властный незнакомец. Чуть ли ни ногой топает, так, словно зверушку к себе подзывает.

— Иди, дорогая! Ну же, — мама подталкивает меня вперёд.

Ноги не слушаются, словно их бетоном облили.

Шаг.

Один. Ещё один.

Как будто навстречу смерти иду. В объятия реального дьявола.

Как бы не утонуть и не захлебнуться в черноте его глаз….

Поэтому просто голову в пол опускаю, двигаюсь на автомате.

Делаю три шага вперёд. Останавливаюсь. Не дышу. Слышу шаги. Тяжелые, доминирующие. Но голову не поднимаю. Догадываюсь, что незнакомец начинает обходить меня по кругу. Рассматривает. Как товар на витрине. Внимательно изучает.

Телу становится жутко холодно. Я ежусь, рефлекторно обхватываю себя руками.