Замуж по договору

Я вполне могла собрать средства на выкуп диплома, ведь суммы от продажи драгоценностей мне хватило бы. А еще я могла принять помощь Алессы. Только вот что меня ждало потом? Что вчерашней выпускнице делать без связей и поддержки? Без денег, жилья и направления на работу? Согласиться на предложение Формана или Филиппа? Я не питала иллюзий, что удастся найти работу в столице. Именно поэтому не торопилась закладывать украшения, решив приберечь их на самый крайний случай.

Второй экзамен, практический, мы сдавали индивидуально. Каждый студент проходил на середину небольшой аудитории, где перед ним восседало пять преподавателей, и тянул билет из стоящего на небольшом каменном постаменте круглого черного шара с небольшим отверстием сбоку.

— Николетта Дэрринг, — громко представилась я, хотя это было не обязательно. Мое имя и так знали.

— Ваш вопрос, Дэрринг, — проскрипел Каргерайт, нарушив неприятную тишину.

Удивительно, но противный профессор, который внушал страх всем и каждому, оказался единственным, кто поддержал меня в это нелегкое время. Сделал он это своеобразно и немного грубовато, зато искренне и честно. Если подумать, ничего особенного, но Каргерайт никому не позволял смеяться надо мной. Даже Дигу Сайтеру добавил штрафных баллов, когда тот попытался отпустить какую-то глупую шутку.

— Магия жизни, — прочитала я надпись на листке.

— Отлично, — кивнул ректор, не глядя на меня, — начинайте.

Вопрос был несложным, как и сама магия. Жизнь мне давалась легко. В отличие от дара смерти.

Прошептав слова заклинания, я провела рукой над листком, который продолжал лежать на ладони. Легкая щекотка, и я держу роскошный бутон нежно-лилового пиона.

— Первый уровень, — отрапортовала я, передавая цветок магам.

— Обращение неживого в живое, — кивнул Каргерайт. — Дальше.

Второй уровень живой магии — исцеление.

— Нож перед вами — действуйте, — поторопила профессор Скварб.

Она так и не простила меня за баночки и скляночки, которые я недавно уничтожила, и теперь не собиралась хоть как-то помогать и поддерживать.

Исцелять мне пришлось саму себя. Что ж, могло быть и хуже.

Рука не дрогнула, когда я провела лезвием по ладони, оставляя на ней кровавый след.

— Быстрее, Дэрринг, быстрее, — раздраженно проговорил ректор, — вы не единственная, кто жаждет получить диплом мага.

Заживление заняло у меня минуты две. Неприятные ощущения, болезненные. Было даже больнее, чем когда я резала себя, но в том-то и заключалась соль: живительная магия, хоть и несет свет, крайне болезненна. И чем больше ее используешь, тем неприятнее.

— Готово, — продемонстрировала я магам свою чистую ладонь, на которой не осталось и следа. — Второй уровень заклинаний.