Замуж с осложнениями

Даже не понимаю в свете моей последней реплики — он это иронично или как? Мне становится немного неловко, и я цепляюсь за первое, что вижу:

— А почему ты часы так неудобно ставишь?

— А я, бывает, вечером заснуть не могу долго, а у часов экран в темноте светится, и я лежу, смотрю, как минуты идут, и так противно… всякие глупости думать начинаю. Так что предпочитаю их не видеть.

— О, это, кстати, знакомо, — удивляюсь я. — Только у меня обычно так бывает, когда утром рано вставать и какое-то ответственное дело. И я страшно боюсь не выспаться, и вот лежу, смотрю, сколько мне спать осталось, и нервничаю.

— Надо же, — усмехается Азамат, — до сих пор ни разу не встречал человека с той же проблемой.

Его благодушное настроение несколько убывает, когда я заставляю его снова раздеться и обмазаться, но он относительно быстро восстанавливает душевное равновесие. Глядишь, еще привыкнет. Потом мы едем завтракать куда-нибудь в ресторан. Кажется, он приволакивает меня во что-то невероятно дорогое, но я терплю. Если уж считает, что таким образом выражает свои чувства, то грех ему мешать… тем более что и еда, и сервис меня вполне устраивают. Господи, сказать кому — решат, что зажралась тетка вконец.

— Тебе больше ничего не нужно купить? — спрашивает Азамат, разобравшись с первым блюдом. Муданжцы вообще обильно завтракают.

— Да нет вроде…

— Уверена? А то теперь пять дней до Брошки, да и там уже почти ничего нет такого, чего нет на Муданге.

— А чего нет на Муданге?

— Ну пилюль твоих точно нету. С нижним бельем туговато… и вообще, всякие искусственные материалы редко завозят.

— Ну пилюль и одежды мне теперь на пару жизней хватит твоими стараниями, — смеюсь. — Разве что швейную машинку купить, а то я все Эцагановой пользуюсь.

Азамат смотрит на меня неуверенно.

— Ну если хочешь… Слушай, — он сглатывает, — а ты прямо так уверена, что мы туда надолго?"

"— Я намерена приложить некоторые усилия к тому, чтобы мы там остались надолго.

— Какие, например?

— Ну для начала я бы вытрясла из Алтонгирела в подробностях, как надо вести себя со Старейшинами и что говорить, чтобы произвести наилучшее впечатление. Потом, наверняка их можно как-нибудь расположить к себе…

Азамат начинает мотать головой еще до того, как я договорила.

— Нет, Лиза, ничего не получится. Они же не по собственным симпатиям судят. У них есть предсказания, по которым они могут понять, получится у нас семья или нет. И тут ничего не сделаешь.

— Предсказания еще можно по-разному истолковать, — пожимаю плечами. — Откуда им, например, знать, что для меня хорошо или плохо?

— Старейшинам достаточно знать, что хорошо или плохо для Муданга, — печально усмехается Азамат.