Замуж с осложнениями

Чертовы дикари! Но не могу же я все так оставить… В конце концов, Старейшины — старые люди, у них болячек тыщи должны быть, может, мне удастся их уговорить на сделку? Да и вообще, по-моему, мы хорошо друг другу подходим. К тому же у Азамата много денег, а Старейшины тоже люди. Господи, вот черт, я ведь могу ему сильно исправить жизнь — но рискую его потерять.

С другой стороны… он тоже не железный. Закон законом, но легко ли ему будет расстаться со мной по приказу? Может, я его еще уведу с пути истинного? Ну не могу поверить, что нас разлучат. Ну вот же как я точно ему под мышку вписываюсь!

— Азамат, — говорю решительно, — надо обязательно попытаться. Я нутром чую, что дело выгорит.

— Это невозможно, — усмехается он, но в глазах у него я вижу проблеск надежды. — Но… если ты хочешь, то мы полетим на Муданг.

— Значит, полетим.

— Только… это, конечно, невероятно, но если они все-таки одобрят, то учти, что наш брак будет признаваться и на Земле. И ты не сможешь взять другого мужа, пока я не умру.

— Не вздумай, — говорю. — А то я приобрела устойчивую привычку следовать за тобой.

Глава 14

Мы еще некоторое время сидим в обнимку, думая о вечном и бесчеловечном, а потом Азамат начинает шевеление на предмет сбежать. Отпускать его одного мне не слишком-то хочется, еще напридумывает себе всяких глупостей. А мне всю ночь будет сниться какое-нибудь том-и-джерри с его папашей. Брр.

В раздумьях наматываю на руку Азаматову косу — а что, и поводок… Кончик влажный. Все-таки заплел мокрые?

— Ты сейчас голову мыл, что ли? — спрашиваю.

Вопрос, видимо, звучит несколько невпопад, потому что Азамат секунду раздумывает.

— Нет… только сполоснулся слегка, как пришел… а что?

Кажется, я вломилась на частную территорию.

— Ничего, у тебя просто коса внизу мокрая.

Он немедленно отбирает у меня «поводок» и перевешивает на другую сторону. Вдох-выдох, детка, он просто очень предупредительный.

Если мылся, значит, переоделся. Хм. Провожу рукой по его спине — если на нем и не верх от пижамы, то я отличить не могу. Эти его свитера все равно все одинаковые, темные, тонкие, в обтяжку, только некоторые с высоким горлом. Штаны на нем не пижамные, но и не уличные, так, треники какие-то. Ну вот и прекрасно.

— Может, останешься тут? — предлагаю ненавязчиво.

— Думаешь, тебе будет трудно заснуть? — усмехается. Хорошо хоть не спросил, зачем.

— И это тоже, — говорю аккуратно.

— Тебе будет тесно…

— Да ладно, когда это мне с тобой было тесно.

Он еще отнекивается, но я вижу, что он хочет остаться. Вот и прекрасно, никуда теперь от меня не денется. Мы укладываемся, я укутываюсь в тепло его большого тела и быстро засыпаю.

* * *Наутро — о чудо! — просыпаюсь первой. Укатали сивку крутые горки, однако! Некоторое время лежу, любуюсь, как он посапывает.